– Хватит. – Мейбри подала мне платок. Только тогда я осознала, что плачу. – Ты понятия не имеешь, каково быть такой, как я, – неудачницей, которую никто не возьмет в спортивную команду или в партнеры по лабораторной работе. Джексон Портер был гораздо круче меня, и я отлично это знала. Много лет я тешила себя фантазией, что когда-нибудь смогу сравняться с ним. Не разрушай ее хотя бы этим вечером.
– Сравняться с ним? – Мейбри закатила глаза. – Ты сама-то понимаешь, что говоришь? Джексон Портер никогда не был круче тебя. Ты превосходила его во всех отношениях. Честное слово, мне хочется надавать тебе пощечин за такие мысли. Особенно после того, что он сказал…
Я протестующе подняла руку:
– Он извинился, выразил глубокие и искренние сожаления, и я ему верю. Он признался, что вел себя как придурок, раскаивается и хочет начать с чистого листа. Я уважаю мужчину, который способен принести извинения. Кроме того, мы оба стали старше и умнее.
Мейбри тяжело вздохнула.
– Не все с возрастом меняются. Как доказательство, вокруг полно старых придурков. Джексон – все тот же напыщенный урод, каким и был. Ты просто привыкла смотреть на него сквозь розовые очки. Может, до тебя пока еще не дошло, но ты много лет назад догнала и перегнала Джексона Портера.
Раздался стук в дверь. В спальню заглянула Сисси.
– Принесла вам бокалы для вина. Думаете, я не догадывалась, что происходит в моем доме? Почему, по-вашему, я ни разу не вызвала полицию с заявлением, что у меня во дворе посторонний мужчина?
Мейбри взяла бокалы. Я сделала вид, будто изучаю богатый ассортимент косметики, лишь бы Сисси не заметила, что я плакала.
– Спасибо, Сисси. Теперь мы будем чувствовать себя настоящими леди.
– Принести вам чего-нибудь? Может, сыра и крекеров?
– Хорошая идея, – хором ответили мы с Мейбри и рассмеялись.
Плохое настроение тут же улетучилось.
Чтобы не гонять Сисси на кухню, мы сами принесли себе сыра и крекеров и приступили к трансформации (так выразилась Мейбри). Постепенно мои лицо и волосы начали преображаться, а я все обдумывала наш разговор о Джексоне. Выходит, я зря ему поверила? Неужели он так и не изменился? Хотя какая разница? Всего на один вечер моя мечта воплотится в жизнь, а потом я, словно Золушка, исчезну.
– Готова облачиться в свой роскошный наряд? – прервала мои размышления Мейбри.
На ней был розовый махровый халат, волосы заколоты шпильками и политы лаком, чтобы создавалась иллюзия, будто локоны беспечно приподняты ветром.
– Всегда готова, – отозвалась я, не в силах сдержать восторг от того, что вот-вот перевоплощусь в загадочную красавицу, пусть и ненадолго.
Мейбри повесила чехол с платьем на дверь шкафа.
– Мама хорошенько его проветрила, чтобы избавиться от запаха нафталина, потом я спрыснула освежителем, так что теперь оно совсем как новенькое.
Я надела платье. Мейбри застегнула молнию и остановила меня, прежде чем я успела посмотреться в зеркало.
– Не забудь туфли. У нас с тобой одинаковый размер, так что, надеюсь, эти подойдут. – Она помогла мне застегнуть серебристые босоножки на шпильках и отошла на несколько шагов, чтобы оглядеть результат своих усилий. – Ты точно не хочешь другое украшение на шею?
Я коснулась цепочки, подарка Битти, и ощутила легкий укол золотой стрелки.
– Точно не хочу.
– Тогда можешь смотреть, – радостно улыбаясь, объявила Мейбри.
Я повернулась и взглянула на себя в зеркало. Впервые примерив платье, я была поражена, а теперь к моему образу добавились прическа, макияж и серебристые босоножки, не говоря уже о золотистом загаре.
– Мейбри, ты просто волшебница.
– Пустяки. С хорошей фактурой всегда приятно работать. – Она зашла мне за спину, любуясь моим отражением. – Беннетт не сможет устоять перед твоей красотой, не сомневайся.
– Беннетт? Он же мне как брат.
– Ага. Скажи еще, что небо розовое.
Снаружи хлопнула дверь автомобиля.