— Я прошу вас, — глухо сказал церковник. — Любые ваши требования будут выполнены, если вы согласитесь войти в Источник. Назовите их.
— Я хочу… Единого, — ухмыльнулась она.
— Что?
Ее лицо исказила ярость, нечеловеческая, как будто сотня демонов разом воплотилась в ней. Окна глухо задребезжали. Голос грохотал.
— Я хочу этого клятого бога, которого нет! Нет и никогда не было!
Отец Георг схватился за сердце, воздуха вдруг стало остро не доставать. Фигура Шестой ушла куда-то в сторону, в глазах у старика потемнело.
Он умер. Но открыть глаза пришлось. Он лежал на диванчике все в том же кабинете, а над ним стояла светлая вояжна и невозмутимо грызла яблоко. Оно было зеленое, неспелое, по запаху и виду кислющее, аж скулы сводило. Но Шестая, казалось, не чувствовала вкуса.
— Очухались, ваша святость?
— Я умер?
Она утвердительно кивнула и рукой с недогрызенным яблоком махнула куда-то в сторону. Брызги полетели на отца Георга. Он скосил глаза и попытался повернуть голову, но увидел лишь алое сияние, идущее откуда-то сбоку.
— Вы ее потеряли, а я нашла, — пояснила она. — Искра. Нашла и зарядила сердцами господних псов. Вот смеху-то, да? Ха-ха.
Старик вздрогнул, на секунду поверив, что Искра в самом деле нашлась. Но нет, механически смеющаяся безумица всего лишь указывала на сияющий рубин громадной величины. Это не Искра. Отец Георг заставил себя сесть. Сердце не болело, билось ровно и спокойно, спина больше не ныла, суставы не хрустели при каждом движении. Чудо или колдовство?
— Что произошло? — спросил он, уже догадываясь, каким будет ответ. — Зачем вы меня спасли?
В глазах Шестой появился слабый огонек любопытства, как будто скучающему мальчишке предложили новую забаву — поотрывать крылышки мухам и понаблюдать, как те будут беспомощно ползать.
— Вы напомнили мне, что не выполненным осталось одно обещание, — ответила она.
— Какое?
— Уничтожить Орден Пяти.
— Зачем?
— Вот я сижу и думаю, зачем? Зачем оно мне, если вас и вашего бога все равно нет? Но… — она пожала плечами. — Наверное, сила привычки. Или непротиворечивость системы. Если вас нет, то система должна устранить противоречия и доказать самое себя. Хотя тогда я перестану существовать. Круг замкнется. Нет, зачем… Если все и так опровергается? Я выполню обещание.
Отец Георг тяжело сглотнул. Странные рассуждения казались ему смутно знакомыми и пугали его все больше. А вдруг она и в самом деле нашла Искру?.. Шестая выкинула огрызок и потянулась за корзинкой с земляникой. Безумицу мало заботили манеры, она загребла горсть ягод, сжевала их и теперь слизывала ароматный сок с пальцев.
— Тогда зачем вы меня спасли? Я ведь тоже один из Ордена Пяти…
— Шести, — поправила его светлая вояжна. — Пусть некому оценить мою шутку, но я хочу уничтожить Орден Пяти, превратив его в Орден Шестой. Переименовать на века. Века! Ха-ха.
Отец Георг нахмурился. И все? Вот так просто?
— Хорошо. Это все ваши требования?
Она всплеснула грязными руками, а потом и вовсе с досады вытерла липкие ладони о длинные распущенные волосы, оставляя кровавые разводы, пахнущие земляникой.
— Ну вы же не можете дать мне бога, верно?
— Не богохульствуйте.
— Единого нет! — в ее сытом самодовольстве появилась опасная трещина, сочащаяся яростью. — Лживые мерзкие обманщики! Я верила в него! А вы!..
— Единый существует, — твердо ответил старик. — Если вы заглянете внутрь своей души, то…
— Уже! Уже заглянула! — она схватила его за шиворот и вздернула, глядя в глаза. — И вы это знаете! Я же Шестая!