— Спросить что?
— Почему она забрала… — Лу осеклась, заметив, что я нахмурился, и поправилась, — почему кто-то, похожий на нее, забрал моих малышек!
— Господи, Лу, ну сколько раз можно повторять, что Хриз не могла…
— Просто спросите! Если это не она, то должна знать!
— Откуда ей знать!
— Она должна знать, что кто-то разгуливает в ее облике!.. Пусть узнает, кто! И разберется!
Девушка развернулась и пошла обратно, неуверенно ступая и пошатываясь. Воевода понимающе мне кивнул и последовал за ней, поддерживая ее под руку. Велька нетерпеливо поправил уздечку на лошади и поторопил меня:
— Фрон, пора. А то по самой жаре придется ехать.
Но я все медлил. Слова Лу не давали мне покоя. Я ведь тоже видел Хриз, хотя и во сне. Или не Хриз, а кого-то, похожего на нее?.. Совпадение? Или безумное наваждение Соляного замка?
Едва приехав в город, я поспешил к полковнику Гогенфельзену, который обосновался в особняке Рыбальски. Глава Часового корпуса принял меня в своем кабинете, пребывая в скверном расположении духа.
— Вернулись, фрон профессор? Натворили здесь дел, кашу заварили, а мне расхлебывать! А ведь я вам поверил!
— А я вас разве обманул? Кстати, помните, я рассказывал про записи профессора Гибауэра? Вам интересно?..
Полковник жадно выхватил протянутый ему лист, лихорадочно шаря по карманам в поисках очков.
— Они у вас в нагрудном кармане, — подсказал я.
— Да-да, спасибо… Точно, вот фамильная печать профессора. Не может быть!.. Это же колесная передача, а тут отражатель!.. Искра?.. А тут… не понимаю… А где остальное? — оторвался он от изучения и требовательно посмотрел на меня.
— Все имеет цену, фрон полковник, — нагло и без приглашения уселся я на диван. — Вояжна Ланстикун. Как только ее признают неподсудной сумасшедшей и отдадут мне на лечение, так и получите все остальное. Кстати, я хочу ее видеть.
Полковник заметно занервничал.
— Фрон профессор, в крепости сейчас всем заправляет Федосей. Будет сложно устроить свидание, потому что он…
— Почему? Как он может помешать? Как официальный представитель Ордена Пяти на предстоящем судебном заседании, я имею право посетить обвиняемую и ознакомиться с ее показаниями. Или империя решила наплевать не только на светские законы, но и на церковные?
— Что вы, что вы!.. Не надо так горячиться. Я поговорю с Федосеем. В крайнем случае устроим… Да, Гуго, кажется, у него на хорошем счету… Договоримся. Устроим вам свидание.
— Гуго? — нахмурился я в смутном подозрении. — Уж не Гуго ли Барнум?
Гогенфельзен рассеяно кивнул, протирая платком очки и щурясь на солнце.
— Он самый. Кстати, фрон профессор, вам есть где остановиться? Сейчас Винден переполнен наемным сбродом, беспорядки на улицах и перебои с припасами… А в моем доме вы всегда желанный гость. Заодно обсудим изобретения вашего отца?.. Согласитесь, в них есть нечто общее с идеями уважаемого профессора Гибауэра…
В кофейне «Золотая роза» от прежнего уюта и винденской сытости не осталось и следа. Кофе уже не подавали. Торговые тракты были перекрыты, а с последними запасами кофейных зерен торговцы расставаться не спешили. Но я посулил втрое выше цену, и мне принесли две чашки ароматного крепкого напитка и скромную тарелку немного обветрившихся плюшек. Нишка запаздывала, из-за чего я начал волноваться. Дурной сон, привидевшийся мне в замке, не давал покоя. А если на суде все пойдет не так, как я планировал? Если Хриз приговорят к казни? Или же у генерала сдадут нервы, и он избавится от пленницы?
Я вздрогнул от неожиданности, когда неслышно подкравшаяся Нишка хлопнула меня по плечу и плюхнулась на стул напротив.
— Ух ты! Кофе? У богатых свои причуды… — она жадно набросилась на плюшки, запивая их обжигающе горячим кофе.
— Госпожа Чорек, — нетерпеливо побарабанил я пальцами по столу. — Новости есть?
— Угумс… Мня… врят… Млчит…
— Прожуйте… — поморщился я.
— Казначей, старый пень, мне не доверяет. Шастает к арестантке на свидания. И молчит!