— Ну и хорошо, — он мягким движением пальцев заставил Ксюшу открыть рот и опрокинул флакон. Мёртвая дёрнулась, будто сквозь её тело прошёл электрический разряд, застонала от боли. А потом открыла глаза.
— Ш-ш-ш, — Паша протянул было руку, но девушка отшатнулась. — Спокойно. Всё в порядке.
— В порядке? — голос его жены стал каким-то хриплым, а может, ему просто показалось. — Где я?
— У тебя была… клиническая смерть. Но теперь всё нормально.
— Клиническая смерть? — Ксюша пугливо оглянулась. — Это что, морг?
— Ну… да. Ты только не паникуй…
— Паникуй? — взвизнула его жена. — Чёрт побери, Паша! Что случилось, объясни мне человеческим языком!
От неё запахло мятой.
— Наркотики, — теперь хрипло прозвучал уже его собственный голос. — Экстази. Алкоголь… ты ничего не хочешь мне сказать?
— Я… — Ксюша запнулась. — Может, мы поговорим об этом позже?
— Ты чуть не умерла из-за передоза. Почему ты не говорила мне?
— А разве ты спрашивал? — в её голосе прорезалась злость. — Да тебе вообще было пофиг на всё! Есть я, нет меня — плевать!
Паша открыл было рот, и вдруг понял, почему Анубис запретил ему рассказывать о своей жертве.
— Жена приходит домой в восемь и пьяная? Ему плевать! Жена пропала на целую ночь? Ему плевать! Ты вообще видел только себя, и всё! Иначе давно бы всё понял сам!
— Что… понял?
— О-о-о-х, какой же ты идиот! — Ксюша выхватила из стопки чистую простыню и принялась торопливо запахиваться в неё. — И я дура, что не ушла от тебя раньше!
— Ты изменяла мне, — сказал Паша, чувствуя, как по спине течёт холодный пот. Он слишком долго убеждал себя, что это не так. Видел, понимал, но отказывался верить. Носил шоры на глазах, как выразился Анубис. Ксюша права, он идиот. Полный.
И, наверное, сейчас впервые за долгое время она была трезва, как стёклышко — Паша сам только что позаботился об этом.
— Просто ты даже в постели — скучный ботан, — безапелляционно заявила его жена. — Сколько раз я предлагала тебе поиграть? Много! Сколько раз ты послушал? Ноль!
И это было правдой. Паша просто не задумывался об этом.
— А теперь катись к чёрту, — Ксюша оттолкнула его и пошла к выходу. — Вещи заберу завтра.
— Ксюш… — робко бросил ей вслед Паша. Она даже не обернулась, возясь с замком. — Но я же… это я вернул тебя! Я отдал ради тебя двадцать лет жизни!
— Да хоть двести! — она выскочила в коридор, шлёпая босыми ногами. — Хоть две тысячи! — зазвенело эхо.
И наступила тишина.
— А я говорил, — раздался за спиной голос Анубиса. — Понравилась терапия?
— Ещё как, — глухо выдохнул Паша. — Она снова умерла?
— Умерла? Нет. Она вернулась обратно. Можно было бы оставить её в живых, но это причинило бы тебе массу неудобств. Я посчитал это излишним, к тому же через пару лет она всё равно снова попала бы на мой стол. Ты был единственным, кто хоть как-то сдерживал её порывы.
— И я же её убил, — Паша повернулся. Анубис внимательно, слегка насмешливо смотрел на него. — Что мне делать дальше?
— Проделать работу над ошибками, разумеется. Ты уже убедился, что был полным идиотом. Тюфяком, пофигистом… эпитетов я могу набросать ещё много, но, думается, это не нужно. Попробуй просто не повторить их, когда полюбишь кого-то ещё, хорошо? А теперь двигай домой. Сегодня и завтра у тебя выходные. Справки оформлять, то да сё… могилку организовывать. А потом сам решай, вернёшься или нет.
— Хорошо, — Паша повернулся и походкой зомби направился к выходу. На полу опечатались босые следы — рваная цепочка следов, обрывающаяся у самой двери. До неё Ксюша не добежала.