И молодой ученый закрыл лицо руками.
— Погодите! — Бобби властно поднял руку. — Если вы находитесь в таком состоянии из-за этого человека… то должен сказать вам, что Джон Коксворд — вы, кажется, не знаете его имени…
— Впервые слышу…
— Что Джон Коксворд был самым отъявленным мерзавцем, когда-либо волочившим ноги по трущобам Лондона!
— Вы говорите… «был»? Значит, он и вправду…
— Мертв! Мертв, как пень! О чем особо сожалеть не приходится, так как смерть избавила его от виселицы, на которой он бы вскоре несомненно очутился.
— Какая разница! Он был человеком… я не имел права отнимать его жизнь… Но, скажите мне… вы уверены, что он умер?..
— Я сам видел его труп и опознал его.
— Ах! Труп найден… где же?
— Прошу вас, сэр, соберитесь с силами… в этом-то и заключается суть дела… здесь средоточие тайны, в которую я пытаюсь проникнуть… Труп Джона Коксворда был найден в пять часов утра 2 апреля на площади Согласия в Париже.
— В Париже! — выпрямился сэр Атель.
— Да, сэр — то есть на расстоянии 250 миль отсюда по прямой линии. Временной отрезок между часом тридцатью пятью и пятью утра составляет ровно три часа и двадцать пять минут… отнимем десять минут, так как Париж опережает нас по времени… остается три часа пятнадцать минут. Может ли человек, добровольно или нет, совершить подобное путешествие за такое короткое время?
— О да, это возможно! — воскликнул сэр Атель. — Мало того, это в три или четыре раза больше, чем нужно. Сэр, 250 миль можно покрыть за три четверти часа!
Вполне понятно, почему Бобби не прерывал собеседника. Недавний тусклый огонек превратился в ослепительное сияние. И все-таки что-то беспокоило детектива.
— Возможно и самое невероятное, — заметил он. — Но согласитесь, трудно поверить, что упомянутый Джон Кокс-ворд, практически бродяга, без гроша в кармане, обладал таким быстрым средством передвижения. Несмотря на все доверие к вам, позвольте мне высказать некоторые сомнения…
Сэр Атель раздраженно отмахнулся.
— Говорю же вам, он должен был оказаться в Париже в два тридцать, самое позднее…
Затем он пробормотал:
— Да, я помню… Врилиолет был направлен на восток…
— Врилио… что? — вскричал Бобби.
— Ах! Вы не понимаете… не можете понять… вы не знаете… что жалкое существо, которое вы видите перед собой, владеет могучей силой, способной творить любые чудеса… Когда случилось несчастье, мне оставалось немного, совсем немного… ничтожные мелочи… и эта невероятная энергия, подвластная мне, была бы открыта пораженному миру!
— Какое несчастье? — во весь голос закричал Бобби.
При виде волнения молодого англичанина он уже спокойней продолжал:
— Сэр Атель, я состою в британской полиции Его Величества. В результате инцидента с этим негодяем Коксвордом меня в любую минуту могут отправить в отставку. Иными словами, я буду опозорен пред лицом всей Англии и, что будет для меня еще больнее — пред лицом миссис Бобби, моей достойнейшей жены… Я человек рассудительный, люблю точность, и мне нужны факты, только факты… Умоляю, скажите мне, где и когда вы видели Коксворда и каким чудесным образом он, будучи жив здесь, три часа спустя оказался мертвым в Париже?
Сэр Атель прижал ладонь ко лбу.
— Вы правы… Мой секрет душит меня… Я уже наполовину выдал его, и мне определенно полегчает, если я все вам расскажу.
Он начал лихорадочно расхаживать по комнате.
— Так вот, благодаря изучению редкоземельных элементов[11]…
— Хм? — вопросительно вставил Бобби.
— Ах, да… вы не знаете основ науки… Иридий, галлий, таллий, полоний — все это для вас варварские слова, не имеющие никакого смысла…
[11] По современной классификации, к редкоземельным элементам относятся скандий, иттрий, лантан и лантаноиды.