Звездный Скиталец: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— А ты, кто такой, чтобы с тобой разговоры, разговаривать? — Напыщенно проронил черный птах, перепрыгивая на нижние ветки. — Хотя ладно, надо же хоть кому-то выговориться…. Все дело вот в этом — кивнул ворон, которого звали Хугин в сторону ободранного, и растрепанного попугая. — Принесло его, понимаешь ли, неизвестно откуда. Говорить, видите ли, он умеет…. Главное наглый какой — сразу во дворец поперся. Там на спинку трона уселся, и так важно себя ведет, на нас с Муниным, и не смотрит.

— Ну, вы и разозлились… — понятливо, кивнул я.

— Да, задали мы ему трепку, в первую же ночь. Думали, попустит его, да куда там. Тогда мы надумали, скормить этого болтуна Гери или Фреки, так хозяин не дал — подарок, видите ли! Чтоб его…

— Да подарок! И не непонятно откуда, меня принесло — встрял попугай — а из джунглей, что на берегах Южного Амаза, что в мире под названием Каласпа. И не просто так, а в знак уважения.

— Ой, ой, в знак уважения! — передразнил Хугин — как же! В жертву, тебя принесли, дурачка неоперенного. Таких даров нам каждый день, по сто штук поступает.

Попугай нахохлился, звучно крикнул и щелкнул клювом — драка вновь была готова вспыхнуть, но я, как бы успокаивающе, выставив обе руки вперед, произнес:

— Тихо-тихо, так дело не пойдет! Давайте присядем тут под дубом, перекусим, выпьем вина, и поговорим.

Ворон и попугай, как-то заметно оживились, и возражать не стали. Я извлек из сумки, и расстелил прямо на траве, мамин подарок — плащ, сотканный из серебряных нитей Эльфруских арахнидов. И начал выкладывать на него, вяленое мясо, немного сушеной рыбы, сыр, пару лепешек и орехи. Все что осталось после посещения Гидрониуса и лесов Самариэля. Наломал все это, маленькими для птиц, и крупными кусками, для куатара, и пригласил их к этому, своеобразному столу. Потом достал из сумки, каменную фляжку, один из даров Альтара, вино в ней, ни когда не заканчивается. Эту волшбу, я так и не смог разгадать, но у Старших Владык, таких чудес множество, и в принципе разработаны они все, для тех, кто отправляется в дальние походы.

Оба птаха, тут же слетели вниз, и принялись расхаживать вдоль этого, импровизированного стола, рассматривая угощение. Первое время, ворон пробовал лакомства, попугай от него не отставал, потом я разлил вино по маленьким глиняным чашечкам, которые тут же и создал — это из разряда врожденных способностей, и они работают всегда. Ворон и попугай не заставили себя долго упрашивать, продолжая ловко подхватывать кусочки еды, принялись запивать их вином, и вскоре, началась интересная беседа.

— Я тут самая древняя, вещая птица — бахвалился захмелевший Хугин. — Я тут был уже тогда, когда ни сопляка Мунина, ни тем более вот этого говоруна — он вновь, кивнул на попугая — не было и в помине. И даже асуры не успели обрести мощь и стать здесь всесильными, и этот "поганец" Лодур, не породил своих гигантских деток. Мало было будто монстров всяких, Тунар умаялся их молотом колошматить.

— О, да ты ценная птица — поддержал я его болтовню. — Ну-ка поведай мне историю, своего Хозяина, да и других асуров тоже.

— Да какая там история?! — Чуть не захлебнувшись вином, возмутился ворон — это он сейчас — да-а! А раньше был и не самым сильным и не самым умным из асуров, разумеется. — Принявшись важно расхаживать, по краю импровизированной скатерти, начал он. — Самые сильные это Тунар и Хеймдалль, мудрый, ловкий, хитрый — это Лодур. Но Бор был сама мудрость и рассудительность. — А…. тысяча пьяных йотунов! — Зацепившись за край плаща — скатерти, и чуть не свалился, ругнулся захмелевший Хугин, выровнялся и продолжил: — А Атрид значит, до поры до времени, вообще на задворках сидел, пил хмельное варево, да фигурки из глины лепил…. Себя искал в общем. Это еще когда мы только сюда пришли…

— Это откуда же? — Тут же поинтересовался Куру.

— Да шут его знает… я что, по-твоему, кладезь знаний — проворчал ворон — тут плодородные царствовали… в смысле материализовавшиеся духи плодородия разные. Великаны да оборотни, их вообще не разберешь то они огромные змеи или паны с рогами и копытами, то прекрасные белокурые юноши и девушки…. Да еще силены были всякие и сатиры, да они и сейчас еще попадаются. Силены были первоначально духами рек, источников и мест, изобилующих водой, и богатой растительностью, а сатиры — духами гор и лесов. Их посчитали полулюдьми-полукозлами.

— И как же они выглядели?

— Да как все вы, частично…. Этакие полулюди, полукозлы, охотящиеся помимо всего прочего за апсаррками…. Все они имеют человеческие головы с рогами, заостренными ушами, растрепанными волосами и тупым вздернутым носом. У них козлиные бороды, человеческие руки и тела, но ноги копытные, а хвосты лошадиные.

— Про них, и я знаю — влез попугай, тоже уже весьма пьяненький — это те еще твари — глупые, плутоватые, склонные к проказам, падкие до вина и женщин….

— Прям как ты — ехидно перебил Хугин — чего смотришь? Правда, ведь…

— …Резвые и трусливые — сдержавшись, продолжил попугай — они совмещают в себе свойства стихийных демонических сил и козлиной натуры. Отличаются сильно развитыми членами, видел таких как-то в лесах и предгорьях, дальше на западе. Заметил, в основном проводя время в охоте, плясках и занятиях музыкой флейты, свирели и все такое… порой они вспугивают и разгоняют стада, или подкарауливают нимф, а то и просто, прыгают, пьют и совершают глупые выходки…

— Ладно, молчи уж умник — проворчал Хугин, недовольный тем, что его перебили — так вот долгое время асуры и все эти земельные порождения враждовали. Да мы собственно, со всеми враждовали…. Потом началась постройка стен вокруг главного града Асгарда, назревала большая война с ваннами, случился раскол среди альвов, погиб Бор, вот тогда-то хозяин, ну в смысле Атрид и начал меняться. И вскоре, стал, совсем другим. Ответственность… ни куда не денешься. На Большом Тинге, избрали правителем. А уже потом был поход к священному Источнику Жизни и Мудрости…

— Ну-ка подробней, с этого места — попросил я.

— А че тут подробней? — Возмущенно каркнул ворон — Асгардский царь с тех пор одноглазый, свой правый глаз он отдал Мимиру — Извечному Стражу, чтобы испить из источника мудрости. С той поры он обладает всевидящим оком, точнее пустой своей глазницей, зрит сквозь пространства, видит все миры, иногда даже зрит прошлое и будущее. Ему был даровано ездовое животное — восьминогий конь Слейпнир, что означает "скользящий".

— На нем то, я его и узрел — про себя подумал я — и надо же тоже скользит, по потокам, как мы, хотя может и движется согласно другим принципам.

— Только много что, не так было как принято считать — важно нахохлившись, проговорил ворон — это только мы втроем, и знаем. Хозяин, я, да Слейпнир. Та скажу я тебе, еще лошадка. Он как жеребенком был, такое вытворял, что ни в какие ворота не лезло, конь же ведь говорящий, вот и лез со своими советами, куда ни попадя. Вот, а к Источнику помню, как доскакали, так хозяин так напился сперва, что чуть не лопнул. Вода та жажду не утоляет, а разжигает, а кто омыться войдет, еще больше грязным выйдет. В общем, пока с Мимиром не встретились, толку мало было.

— А кто он, этот Мимир? — Тут же влез Куру, со своим вопросом.

— Да о нем, если честно, и я мало знаю — ответил Хугин, но мне показалось, что ворон хитрит, не договаривает чего-то. — Он кому в виде йотуна предстает, кому в виде громадного титана, кому маленьким седовласым старичком, а некоторым и одной огромной головой, с длинной такой бородищей, укрывающей весь источник. В общем, распорядитель он, возле источника, и его Страж.

— Известно только что там он давно обитает. — Снова влез попугай. — Он вроде как из асуров выходец, те его отдали, как заложника в знак доброй води…. К источнику периодически совершают паломничество йотуны, они мне и рассказывали, ну что Мимир там, чуть ли не с самого сотворения мира.

— Ага, как же, рассказывали они тебе — не выдержал Хугин — скажи лучше, подслушал как-то их болтовню, вот и все рассказы.

— И ни чего, я не подслушал — обиделся попугай — они меня уваж-жают.

— Ну да, после того как ты свалился в их колдовское варево, да начал после этого чертить на земле руны лапой, они тебя не то, что, уважать — бояться будут. Такая безмозглая птица, а с такими силами, тут любого страх возьмет. Ведь никто не знает, что можешь натворить.