Моя голова медленно двигалась вверх и вниз. Мне это нравилось. Значит ли это, что Алтон действительно вел переговоры с моим отцом? Он не принял все на условиях Чарльза, и все же мой отец согласился на Алтона? Мне было любопытно.
– О чем еще велись переговоры? – спросила я.
– Аделаида, – сказал Алтон. – Боюсь, этот термин звучит слишком похоже на язык бизнеса. Я бы предпочел, чтобы ты думала об этом как о более личном, без сделок и соглашений.
В его речи был тембр, ритм, который успокаивал меня.
– Спасибо, Алтон. Я ценю это. Однако, что бы ни говорил тебе мой отец, я способна понять свою роль в переговорах, которые произошли. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы стать хорошей женой. Я также соглашусь на все, но я хочу знать... мне нужно знать, о чем велись переговоры.
Он посмотрел на моего отца. Я переводила взгляд с одного на другого, пока они безмолвно спорили между собой.
Наконец отец откашлялся.
– Как я уже сказал, вы сбежите. Будет заключен брачный договор.
Я кивнула, радуясь, что отец решил позаботиться о моих интересах.
Он продолжил:
– Я не буду утомлять тебя подробностями, только основными моментами. В случае смерти кого-либо из вас или развода, все владения Монтегю отойдут Александрии.
– Стой! Что? Кого-нибудь из нас?
– Да, – сказал Чарльз. – Это еще не все.
Я убрала руку и посмотрела на Алтона.
– Ты согласился на это?
– Согласился. Мы оба здоровы, и я ждал до сих пор, чтобы жениться. Я не собираюсь разводиться. Этот пункт не является проблемой.
– Но, в конце концов... мы не будем жить вечно.
– Александрии будет приказано позаботиться об одном из вас, – добавил Чарльз.
– Соглашаясь на этот брак, Алтон принимает тот факт, что у него никогда не будет собственного наследника. Он знает о твоей неспособности забеременеть.
Я ненавидела, как холодно это звучало. Неудивительно, что у меня были проблемы с сексом. Кроме того, ему сорок три года. Если бы у него были дети, он бы уже это сделал.
– Лаида, то, что ты сейчас услышишь, не должно повториться, – предупредил отец. – Мы с Антоном долго обсуждали это, и я решил, что для того, чтобы это сработало, ты должна знать о ставках.
– Что?
– Ты согласна?
Хотя мой пульс участился, я кивнула.
– Как ты упомянула, вы с Алтоном не будете жить вечно, как, очевидно, и твоя мать, и я. Согласие Алтона Фицджеральда на этот брак является гарантией того, что его потомство унаследует имя и статус Монтегю и все, что с ним связано.
Я переводила взгляд с одного мужчины на другого, не понимая, что я упускаю.
– Разве ты только что не сказал, что не хочешь больше иметь детей?
– Мы больше не обсуждаем детей, – поправил Алтон.
Я искала ответы.
– Патрик? Твой племянник?