— Как?
— Не имею понятия, поскольку в то время был мертв. Все что я знаю, это что почувствовал, как все вокруг меня темнеет, а потом очнулся с силой и способностями, которых я не знал раньше.
Аманда обдумывала его слова, теребя уши Терминатора и прижимая голову пса к своему животу, чтобы тот сидел тихо.
— Значит ли это, что ты можешь умереть снова?
— Да.
— И что тогда случится?
Хантер глубоко вздохнул.
— Умирая, не получив обратно свою душу, мы вечно бродим по земле без своих сил. Мы заперты, как Тени, в своих телах, но не имеем материальной оболочки, что означает неспособность касаться чего-либо или быть услышанным кем-то, кроме оракулов. Мы страдаем от голода и жажды, но не можем утолить их. Это быстрый путь от частичного проклятия к абсолютному.
Аманда ошарашено приоткрыла рот от ужаса такой судьбы. Она не могла вынести мысли о том, что подобное могло случиться и с ним.
— Так будет, даже если тебя убьет Даймон?
Он кивнул.
— Это несправедливо.
Хантер бросил на нее взгляд.
— Что же ты жила, малышка, если ты все делишь на справедливое и несправедливое. Жизнь и смерть просто есть. И справедливость не имеет к ним никакого отношения.
В этих словах был какой-то скрытый подтекст.
Сколько же раз он пострадал от несправедливости, чтобы так думать.
За этой мыслью сразу же пришла другая.
— Юлиан сказал, что ты можешь вернуть себе душу.
— В теории, да.
— В теории? — спросила она, когда Терминатор поднял голову, поглядывая на Хантера.
Он потянулся и гладил пса по голове, пока тот не уселся вновь.
— Да, у нас есть «лазейка», но за последние две тысячи лет, лишь горстка людей преуспела в этом.
Аманда нахмурилась. Как ужасно. В его тоне слышалась убежденность, что сам он никогда даже не попробует. Почему?
— Что нужно сделать, чтобы вернуть душу?
Хантер пожал плечами.
— Не знаю. Никто из нас не знает, потому что этот путь к возвращению для каждого Темного Охотника свой. Все, что знаю я, это, что когда наступает момент истины, Темный Охотник либо освобождается, либо остается навек проклятым.
Единственное, чего Кириан не сказал ей, так это, что для того, чтобы освободится, Охотник должен вложить свою душу в руки того, кто его или ее любит. Так жестоко преданный женой, он никогда больше не доверит никому свое тело или сердце, не говоря уже о бессмертной душе.
Он видел слишком много своих, ставших Тенями из-за того, что человек, которому они доверяли, провалил тест.
И в глубине его сознания все еще таилась мысль о том, что ни одна женщина никогда не сможет полюбить его. Хотя бы чуть-чуть. О такой любви, которая смогла бы освободить Кириана, вообще следовало забыть.
— Почему ты на это согласился? — спросила Аманда.