— Видимо, я недостаточно ясно выразился, — сказал Ретиф, прихлебывая вино. — Само собой разумеется, бое-особи здесь ни при чем.
— Ты хочешь сказать…
— Вот именно. Речь идет о тебе и обо мне.
Звезды слабо мерцали над пустыней. Ретиф аккуратно положил на песок кожаную рубашку, которую одолжил ему Свази, бросил сверху тяжелый энергетический пистолет. В темноте огромную фигуру Хошика почти не было видно. Хлопотуны-секунданты стояли на почтительном расстоянии, ожидая начала поединка.
— Боюсь, мне придется снять диск-переводчик, Ретиф, — сказал Хошик и, тяжело вздохнув, пошевелил щупальцами. — Мои собратья по мицелию никогда меня не поймут. Какую любопытную форму приняли наши игры! Насколько все же приятнее наблюдать за спортивными состязаниями со стороны!
— Я хочу предложить тебе играть, по правилам Теннесси, — сказал Ретиф. — Допускается кусаться, лягаться, бить по голове, а также пинаться, толкаться и щипаться.
— Гмм… Слишком много преимуществ для особей, обладающих скелетом. Так нечестно.
— Ну, если ты предпочитаешь плебейские игры…
— Нет, нет, что ты. Но, возможно, ты позволишь включить в эти правила выкручивание щупальцев, чтобы хоть как-то уравнять наши шансы?
— У меня нет возражений. Итак, начнем?
В ту же секунду Хошик напал на Ретифа, который, пригнувшись, отпрыгнул в сторону и бросился на спину своему сопернику. Хлопотун изогнулся, откинул землянина в сторону. Ретиф отлетел на несколько футов, вскочил на ноги. Хошик нанёс ему сильнейший удар в челюсть, завернув свой левый край дугой. Ретиф упал, попытался перекатиться по песку, почувствовал, как плоское тяжелое тело накрыло его, словно одеяло. Высвободив одну руку, он вцепился в могучую спину хлопотуна, напряг мышцы. Хошик сжал его изо всех сил.
Чувствуя, что начинает задыхаться, Ретиф вжался в песок и неожиданно вспомнил о болевой точке особи, которую он захватил в плен.
Медленно перемещая руку по груди Хошика, обдирая кожу о роговые чешуйки, он нащупал края отверстия, засунул в него большой палец.
Хошик вздрогнул. Ретиф засунул палец еще глубже, лихорадочно шаря второй рукой по мускулистому телу. Если хлопотуны были существами симметричными, то второе отверстие должно было находиться у них на другой стороне груди.
Его догадка подтвердилась. Ретиф вдавил оба пальца до упора. Хлопотун судорожно задергался, дико замахал краями. Потом тело его обмякло. Ретиф с трудом отбросил Хошика в сторону, поднялся на ноги. Хошик перекатился по песку, встал и, переваливаясь с боку на бок, отошел в сторону. Подбежавшие секунданты помогли ему облачиться в одежды, прикрепили к спине диск-переводчик. Хошик тяжело вздохнул.
— Все-таки старомодные игры обладают определенными преимуществами, — сказал он. — Как тяжело иногда бывает истинному спортсмену идти в ногу со временем!
— Зато повеселились мы от души, — небрежно заметил Ретиф. — Я уверен, что уж теперь-то тебе захочется играть только по новым правилам… Подожди немного, а я сейчас сбегаю к своим и пришлю сюда несколько долбо-особей…
— Пусть паразиты пожрут твоих долбо-особей! — взвыл Хошик. — Ты мне устроил такую спергмо-боль, что я буду вспоминать о тебе каждый раз, когда мне придется выводить мицелий!
— Кстати, о паразитах, — воодушевленно сказал Ретиф. — Мы тут недавно вывели одну замечательную грызо-особь…
— Хватит! — взревел Хошик с такой силой, что диск на его спине подпрыгнул — О, как я тоскую по густонаселенным желтым пескам Джека! Я надеялся… — Хошик умолк, глубоко вздохнул. — Я надеялся, Ретиф, — печально продолжал он, — открыть новые земли, где можно разместить обширную мозаику и заняться обработкой девственных песков, выращивая высочайшие урожаи райского лишайника, способные прокормить обитателей сотен планет. Но когда ты сказал мне о ваших долбо- и грызо-особях, дух мой был сломлен. Мне стыдно за себя, Ретиф.
— Честно говоря, я тоже старомоден и предпочитаю наблюдать за спортивными действиями со стороны, — произнёс вице-консул.
— Да, но ведь твои собратья по мицелию тебя не поймут. Вряд ли они захотят отказаться от развлечений.
— Моих собратьев по мицелию здесь нет. Кроме того, я совсем забыл упомянуть, что ни один из нас не допустит, чтобы личные спортивные интересы возобладали у него над общественными. Вот, например, ты только что говорил о возделывании песков, выращивании лишайника…
— Того самого, из которого был приготовлен сегодняшний ужин, — сообщил Хошик. — И вино тоже.
— Соревнование в области земледелия — наша самая последняя дипломатическая мода. Итак, если хочешь, забирай себе все пустыни и выращивай на них лишайник, а я торжественно обещаю тебе, что мы останемся в оазисах и будем разводить овощи.
Хошик вздрогнул, изумленно изогнул спину.
— Ретиф, ты говоришь серьезно? Ты действительно готов отдать нам эти прекрасные пустыни?
— До последней песчинки, Хошик. Я согласен на оазисы.
Хлопотун в экстазе замахал краями.
— И вновь ты победил меня, Ретиф! — вскричал он. — На этот раз в благородстве!