— Сосиски и пиво, — резко сказала девушка. — Будешь заказывать?
Буду, буду! — взволнованно вскричал Лафайет, — и, пожалуйста, поджарьте с корочкой.
Девушка повернулась, поправляя выбившуюся из-под косынки прядь.
— Эй, Борой — крикнула она. — Зажарь-ка джентльмену сосисочку, да так, чтоб сгорела — ему это нравится.
Лафайет уставился в ее большие голубые глаза, на маленький прямой носик, прекрасные белокурые волосы, выбивавшиеся из-под косынки.
— Принцесса Адоранна! — вскричал он. — Как вы сюда попали?
Глава 2
Официантка бросила на Лафайета усталый взгляд.
— Меня зовут Свайнхильда, мистер, — сказала она. — А как я сюда попала — долгая история.
— Адоранна, разве вы меня не узнаете? Это я, Лафайет! — Голос его сорвался. — Мы с вами разговаривали сегодня утром за завтраком!
Дверь на кухню неожиданно отворилась с тягучим скрипом, и в образовавшуюся щель просунулось небритое лицо с правильными чертами и квадратной челюстью.
— За завтраком, вот как? — возмущённо заявило лицо, поворачиваясь к Свайнхильде. — Придется тебе объясниться, дрянь ты эдакая.
— Аллан! — вскричал Лафайет. — И ты тоже?!
— Что ты хочешь этим сказать, парень? — угрожающе вымолвило лицо. — В каком это смысле «тоже»?
— Я… я думал, что один сюда попал… а теперь со мной Адоранна… то есть она не со мной… вы не так поняли… и мне показалось, что вы…
— Опять мне изменила, да? — Длинная мускулистая рука высунулась из-за двери, но девушка проворно отскочила в сторону и схватилась за сковородку.
— Посмей меня пальцем тронуть, образина несчастная, — завизжала она, — и я растоплю жир, которым ты пользуешься вместо мозгов.
— Успокойтесь, Адоранна, прошу вас, — миролюбиво произнёс Лафайет. — Сейчас не время для семейных сцен.
— Семейных! Ха! Знал бы ты, как я натерпелась с этим подонком…
Ей не удалось договорить, так как предмет их обсуждения одним прыжком выскочил из кухни, чуть не сломав дверь. Свайнхильда, не задумываясь, размахнулась тяжелой чугунной сковородкой и опустила ее на нечесаную голову. Сделав два шага на негнущихся ногах, Боров сел на стойку и изумленно уставился на Лафайета.
— Так что тебе приготовить, приятель? — спросил он и начал медленно оседать, постепенно исчезая из поля зрения. Раздался грохот. Девушка отложила в сторону свое грозное оружие и раздражённо посмотрела на O’Лири.
— С чего тебе вздумалось его дразнить? — спросила она и, нахмурившись, оглядела Лафайета с головы до ног. — Кто ты такой? Что-то не припомню. Могу поспорить, что с тобой я никогда ему не изменяла!
— Неужели вы действительно не помните? — взмолился Лафайет. — Я хочу сказать, неужели вы все забыли? И Аллан… Как вы сюда попали? А Дафна… Боже мой, Адоранна, где Дафна?
— Даффи? Заходит к нам такой, когда надоест бродяжничать. У него не все дома. Вечно клянчит выпивку. Не видела его недели две-три…
— Не Даффи, а Дафна. Это — девушка, то есть не девушка, а моя жена. Невысокая такая, но среднего роста. Вы меня понимаете? Точеная фигурка, нежное личико, шатенка…
— Давай ее сюда, — донесся из-под стойки невнятный голос.
— Сейчас разберусь, в какую сторону кренится палуба и…
Свайнхильда отвела ногу и изо всех сил пнула Борова чуть ниже уха.
— Проспись, битюг, — пробормотала она и, задумчиво посмотрев на Лафайета, приподняла бровь, сняла косынку и распустила по плечам белокурые волосы.
— У этой дамы есть что-нибудь, чего нет у меня? — холодно спросила она.