— Это была всего лишь обычная проба, попытка найти слабое звено в цепи станций, но получился почти прорыв! Вы знаете, что это означает! В данный момент они собирают все свои силы для тотального штурма нашей станции — атаковать вас и меня. Флорин. Наши рассудки этого не выдержат. Мы обречены! Если только…
Он замолчал и искоса посмотрел на меня.
— Продолжайте, Барделл. Снимите камень с души.
Он вздохнул и высказался до конца.
— Если только мы не будем действовать быстро. Мы не знаем, как долго продлится передышка. Мы должны опередить их. В прошлый раз они застали меня врасплох. — Он замолчал. — То есть они напали на нас до того, как мы имели возможность обсудить этот вариант, но сейчас…
— Я думал, вы остались добровольно.
— Я мог бы уйти со всеми. Как видите, не ушел.
— Итак, вы остались, но не для того, чтобы сражаться, да? У вас были другие планы, но они напали раньше, чем вы подготовились. К чему подготовились, Барделл?
Он нервно засмеялся.
— Вижу, вы восстанавливаете свою былую проницательность, Флорин. Да, у меня была причина, чтобы остаться, и я не собирался кончать жизнь самоубийством. Ван Ваук, Иридани и все другие сейчас на пути в глубокий тыл. Но какая польза им будет от этого через пять или десять лет, за которые Дисс достигнет самых дальних рубежей? Они бегут в панике. Флорин, но не я. Не мы. У нас есть альтернатива.
— Назовите ее.
— Энергосистема.
Его глаза, устремились к высокой, широкой, сверкающей конструкции, которая заполняла почти всю комнату с бурыми стенами.
— Мы можем использовать мощь энергосистемы на кое-что более полезное, чем защита неблагодарных недоумков.
— Расскажите мне об этом.
— Я все изучил, — заговорил он, на этот раз быстро, как бы в ритме чечетки. — Я экспериментировал во время передышек. Энергосистема — это фантастическое устройство, Флорин, способное на такие вещи, о которых и не мечтали ее изобретатели! Она может передавать материю — включая и людей — мгновенно через всю Галактику!
— Не почувствуем ли мы там себя слегка одинокими?
— Не только нас. Флорин: все, что мы выберем, перенесется с нами. Мы можем, остановив выбор на определенных мирах, перенести на них все, что пожелаем, кого пожелаем, и даже поместить целую планету на стабильную орбиту вокруг подходящего солнца в сотне тысяч световых лет от угроз Дисса. Пройдут поколения, прежде чем враги проникнут так далеко, и, возможно, к тому времени мы подготовим новую и более эффективную защиту.
Он подбодрил меня улыбкой, но воздержался от того, чтобы погладить по голове.
— Я вижу, вы давно размышляете об этом, Барделл, но вы уверены, что энергосистема способна сделать столь многое?
— Абсолютно! Мы посылаем экстренный сигнал по линии Транс-L, когда все действующие связи входят в резонанс, — и дело сделано.
— Сколько звеньев связи все еще действует?
— Во всем секторе меньше полумиллиарда, — сказал он, скривив свои красиво очерченные губы. — Тем не менее, для одной пульсации этого достаточно.
— Почему только для одной? На этот раз его улыбка сделалась слегка угрюмой.
— Во-первых, разовая пиковая потребность в энергии такова, что это полностью опустошит участвующие звенья, а во-вторых, высвобожденная энергия мгновенно превратит систему в груду обломков.
— Итак, все, что нам следует сделать, это довести до идиотизма полмиллиарда людей, верящих нам, и разрушить систему — их единственную защиту.
— Ну, вы высказались довольно эмоционально, но по существу правильно.
— Я не перестаю удивляться, почему вы не проделаете это без моего участия?
Он всплеснул руками и снисходительно произнес:
— В конце концов, мы друзья, коллеги; я всегда уважал вас… Уважал ваши таланты, хотя и не разделял все ваши взгляды.