— Мати моей ридной напиши…
— Ваня, друг… Ты держись, не поддавайся! Не будешь обузой. Партизаны помогут, устроят на лечение!..
— Выполни просьбу, — требовал умирающий.
— Выполню, клянусь!.. Убьют если меня, командир отправит письмо. Погибнет и командир — Алексаев отправит… Еще напишем, что ты — первый храбрец отряда.
— То мати моей не треба… Но легче будет ей… Что не мучився…
И разведчик затих. Клинцов прислушался.
Окрик часового. Тревожный, громкий… Потом все тихо. Странно! И вдруг голос Шеврука:
— Комиссар! А ну вылазь!.. Алексаев прискакал! С партизанскими разведчиками! Добыл ориентировку!
Лейтенант Алексаев и трое конных партизан побывали на рассвете в Борках. Немцев там не обнаружили. Остатки разгромленной маршевой роты вместе с подоспевшим из ближнего гарнизона подкреплением убрались восвояси. Воспользовавшись этим, бойцы отряда и жители села похоронили младшего лейтенанта Астапова и его девятерых погибших товарищей. Это произошло 9 ноября 1941 года.
А через три недели отряд спецназначения с боями прорвался через линию фронта. Трофейные документы и карты были переданы командующему Западным фронтом Г. К. Жукову. Их использовали при подготовке контрнаступления советских войск под Москвой. А через несколько дней приказом командующего Западным фронтом весь личный состав отряда был награжден боевыми орденами и медалями.
СТУПЕНИ МУЖЕСТВА
Гитлеровские танковые и механизированные полчища подходили к Можайску. Немецкие солдаты и фельдфебели перечитывали «Памятку» фюрера:
«…Ты, германский солдат, должен только действовать, ничего не бояться. Ты неуязвим для расслабляющих чувств. Нет нервов, нет сердца, нет жалости: ты выплавлен из германского железа. После победы ты вновь обретешь ясную душу и сердечность — для детей своих, для жены, для всей Германии. Но пока — вытрави в себе жалость и сострадание к побежденным. И вскоре целый мир будет стоять перед тобой на коленях…»
Четырнадцатого октября командующий группой гитлеровских армий «Центр» подписал приказ, где говорилось:
«1. Противник перед фронтом группы армий разбит и отступает, переходя на отдельных участках в контратаки. Группа армий преследует противника.
2. 4-я танковая группа и 4-я армия без промедления наносят удар в направлении Москвы, чтобы уничтожить еще находящиеся перед Москвой силы противника, а также плотно окружить город.
2-я танковая армия с этой же целью должна войти в район юго-восточнее Москвы, с тем чтобы, прикрываясь с востока, охватить Москву с юго-востока, а в дальнейшем — и с востока.
Линией прикрытия с востока после окружения Москвы должен стать рубеж: Рязань — Ока (у Коломны) — Загорск — Волжское водохранилище.
При окружении Москвы с юга и севера разграничительная линия между 2-й танковой армией и 4-й армией будет определена в зависимости от условий обстановки. Кольцо окружения Москвы должно быть постепенно сужено до Окружной железной дороги. Всякая капитуляция должна отклоняться».
Четырнадцатого и пятнадцатого октября танковые колонны прорвали наши оборонительные линии у Можайска. Чтобы закрыть ширящуюся брешь, Ставка Верховного Главнокомандования решила ввести в бой резерв, сосредоточенный в лесах восточнее Москвы, но требовались сутки, чтобы перебросить его и развернуть в боевой порядок. Поэтому Ставка была вынуждена, подняв по тревоге московские военные училища, направить курсантов к месту прорыва. Вооруженные только винтовками, небольшим количеством пулеметов, гранатами и бутылками с горючей смесью, курсанты продержались несколько часов, стойко удерживая занятый рубеж. В обход Москвы с севера гитлеровское командование бросило около тысячи танков.
На направлении главного удара гитлеровских танков — под Волоколамском у села Осташово — был первый батальон 1075-го стрелкового полка.
Комбат сказал перед строем:
— Все мы негодовали, что враг еще не остановлен. Вот и наступил наш черед остановить фашистов. Дадим клятву, что никто не сойдет с этого рубежа!
Комбат шел перед строем, и каждая рота гремела:
— Клянемся не отступить!
— Клянемся!..
Бои за село Осташово начались 16 октября. У батальона было ограниченное количество пулеметов. Приходилось рассчитывать на штыки да на бутылки с горючей смесью.
18 октября гитлеровцы прорвались в село Осташово не с основного направления, а с тыла.
Отряды московских рабочих спешно занимали подготовленные оборонительные рубежи на окраинах города, на Минском и Волоколамском шоссе.
Тем временем к столице с востока подходили эшелоны с новыми дивизиями, ранее дислоцированными в Сибири. Подходили полки и батальоны, только что сформированные из ополченцев, а также из бойцов, которые вырвались из окружения. Всего в Москве было 16 дивизий народного ополчения.