— Я не буду будить в тебе страсть, Метида, — шепчу я. — Не стану будить влюбленность.
Не страшись, я дам только то, чего ты хотела. Ласка будет не настолько горяча, чтобы ты вспыхнула. Наслаждение — не таким глубоким, чтобы ты утонула. Останется только благодарность к тому, который принял твое приглашение через столько лет — но с этим тебе придется разбираться уже самой.
— Мне прийти еще? — спросил я наутро.
Она торопливо подбирала волосы с плеч и уже опять была серьезной. «Кислая» — наименовала ее та черноволосая нимфочка, как ее. «Яблоки вкуснее с кислинкой, — сказал я ей тогда. — И червей в них меньше, сладкая моя».
— Не нужно. Иначе я могу воспылать страстью. Или влюбиться. Или… еще что-нибудь. Теперь ты возьмешь от меня оружие в дар, Литос?
Я пожал плечами. Набросил хитон, поманил лук со столика, куда бережно пристроил его вечером.
— У меня есть оружие. Какая-то мудрая богиня… я не помню, какая… сказала как-то, что оружие может быть — одно.
— Смотря что ты считаешь оружием, — пробормотала задумчиво. — Хорошо. Приходи, когда нужен будет совет. Или дар. Приходи, за моей благодарностью, Литос, потому что я не хочу быть тебе должна за эту ночь.
— Приду, — сказал я, помедлив.
Она завернулась в одежды. Прислушалась к чему-то в самой себе. Тихо улыбнулась.
— Помнишь, ты сказал мне, что придешь, когда станешь царем?
— Помню, — сказал я, стоя на пороге ее дворца. — Ты поняла верно.
Я пришёл не так скоро — через двенадцать лет. Когда Менетий, Титий и Эрифальт всё-таки договорились и все-таки собрали войска.
Когда братья решили устроить первый бой — боги против титанов. На каком-то неизвестном поле, поросшем полынью.
— Мне нужно время, — сказал я.
Метида кивнула. Указала мне на резную деревянную скамью под пышно цветущей яблоней — во дворец звать не стала (слуги, да и вообще…). Сказала тихо:
— Подожди. Схожу за моим даром.
И отправилась во дворец, оставив меня наслаждаться теплым вечерком и яблоневым запахом.
И копьем, которое просвистело у меня возле уха.
Легкое такое, но если с такой силой попасть в глаз — из затылка, пожалуй, на локоть выйдет. Спасибо еще — мимо пролетело, усвистело куда-то в яблоневый цвет.
— Почти попала, — сказал я, щурясь в густые кусты шагов за десять от меня.
— Хотела бы — попала бы, — спокойно отозвалась девчонка и неторопливо себя мне явила.
Не совсем девчонка — девушка уже почти.
Черные волосы кудрявятся, одна прядь так вообще непокорная — лезет на нос, хоть что хочешь с ней сделай. Серые глаза острее копья — пристальный взгляд вот-вот на себя нанижет.
Светлый пеплос перехвачен голубым поясом, лежит аккуратно, складка к складке, будто это диво не из кустов вылезло, а только что оделось.
— Ты Литос? Старший из трех братьев, сын Крона и Реи?
— Да. Как зовут тебя?
— Афина, дочь Метиды.
— Только Метиды?
Девочка усмехнулась. Прищур стал совсем взрослым, а во взгляде вдруг проскользнула лукавинка.