— Папа!
Шокер с усилием разжал кулак. Его пальцы дрожали.
— Не кричи. Зачем? Криков ещё не хватало, — тихо и устало сказал он. — Я хочу сказать, Валюша, что твой малыш будет очень счастливым с такой мамой. Правда.
Она отстранилась и недоверчиво посмотрела отцу в лицо.
— Да, очень жаль, что Скай его не увидит, — медленно, запинаясь, продолжал Шокер. — Но ведь всё было бы ещё хуже, если бы этого ребёнка не было. Ты ведь хочешь его?
Валея судорожно закивала.
Я тихонько сидела и глотала слёзы, глядя, как Шокер выруливает из ситуации, когда он вынужден подыскивать и произносить правильные слова вместо того, чтобы от отчаяния и гнева разбить в хлам мою гостиную.
— Вот видишь, всё не так плохо, — сказал он дочери. — И к тому же у малыша будет не самый плохой дед. Как считаешь?
Валя всхлипнула и обняла Шокера.
— Не плачь, милая… — Шокер поцеловал дочь, чуть развернул её в мою сторону и указал на меня. — Лучше посмотри, какая у твоего ребёнка будет замечательная, молодая и красивая бабушка.
— Шокер, ты обалдел что ли?! — возмутилась я.
Валея оглянулась на меня, задумчиво шмыгнула носом и вдруг улыбнулась сквозь слёзы:
— Так вы всё-таки женитесь?!
Шокер серьёзно и степенно кивнул.
— Правда?! — Валея прижала руки к груди. — Папочка! — она кинулась целовать отца, потом повернулась ко мне. — Кира! Я так за вас рада! Ты не представляешь!
Она сорвалась с места и бросилась мне на шею.
Я обнимала её и смотрела через её плечо на Шокера. Я очень надеялась, что мой взгляд прожжёт этого бессовестного мужика до костей.
Он же глядел на меня одновременно виновато и нахально. Хотя нет, это было не нахальство. Скорее, отчаянный кураж, когда уже терять нечего… Как это у него получается, ума не приложу.
Я велела Валее остаться у меня и попросила Ятиса проводить её наверх в гостевую спальню.
Когда Валя, расцеловав меня, ушла зарёванная, но умиротворённая, я отвернулась от Шокера и подошла к окну.
— Что-то не так? — тихо спросил он.
— А что может быть не так? Разве что-то произошло? По-моему, ничего не случилось.
— Кира, ну опять ты… — вздохнул он с досадой. — Ты же всё поняла.
— Конечно, поняла. Надо было любой ценой поднять настроение дочке.
— Да. И поэтому пришлось сказать это вот таким образом… Хотя я планировал иначе.
— Иначе? — я повернулась к нему. — Как, интересно?
Он смотрел на меня, закусив губы.
— Ну, как? Скажи, ведь правда интересно! В белом костюме, с букетом, на коленях? При свечах? С колечком в бокале?.. Ты расскажи, давай!
Шокер молча смотрел на меня.
— Ну ты что, язык проглотил? Хотя бы расскажи, как планировал? Хоть послушаю. А то ведь, блин, так и не узнаю никогда, как это могло бы быть… Ну? Что молчишь? Расскажи!