Его разбудил Фандрал, настойчиво трясший за плечо.
— Не спи в сидячем положении, потом спина будет болеть.
Кивнув, Тор нехотя завозился. Фандрал выглядел потрёпанным. Уставшая улыбка на губах, в глазах — бесконечная разбитость. Он тоже не привык к такой жизни, но оказался здесь добровольно. По своему желанию.
— Ты хорошо сражался, — сказал Фандрал, протягивая руку и помогая Тору встать на ноги. — Тебе наверняка накинут к доле.
Сражался? И зачем это было нужно, если вражеская команда уже сдалась…
— Я здесь не ради денег.
— Как и многие остальные. Сколько погибло?
— Из наших? Мало, если честно. Даже из новобранцев. Всё-таки к Локи приходят те, кто действительно готов биться во всю силу.
Тор закрыл глаза, смутно припоминая, как убивал всех на своём пути, ломал шеи, вспарывал кожу, пускал пули в лоб. Если бы не усталость, он бы сильнее чувствовал отвращение. Руки до сих пор были в крови, и он ощущал острую необходимость смыть с себя последствия сражения.
— Локи с тобой разговаривал?
— В каком смысле? — не понял Фандрал.
— Ну… лично? Как с новобранцем, как… с новым знакомым, а не одним из команды?
— Нет, — моргнул он. — Я болтал только с Бальдром, с Локи же только раз пересёкся, и то без слов.
— Ясно, — Тор вздохнул и растёр затёкшую шею, вновь задаваясь вопросом: почему именно он?
— Я слышал, капитан не из тех, кто стремится быть ближе к команде.
Выгнув бровь в недоумении, Тор не удержался от сарказма:
— Неужели?
Фандрал сразу нахмурился:
— Хочешь поспорить?
Спорить Тор не хотел, однако не отказался бы поговорить с кем-то ещё. Он действительно не замечал, чтобы Локи общался с кем-то очень близко. Настолько близко, чтобы зажать в углу трюма и доставить удовольствие. Хотя удовольствием здесь и не пахло — Тор скорее назвал бы то, что произошло, попыткой вымотать до предела. Впрочем, именно так Локи объяснил своё поведение и даже не попросил ничего взамен.
Или попросил, когда приказал всех убить?
Тор передёрнул плечами, стараясь не пускаться в предположения о том, скольких ещё членов команды капитан ублажил подобным способом, чтобы заставить их драться за него как диким животным.
Расставшись с Фандралом, Тор побродил по кораблю в поисках таза с чистой водой. Спустя час его поиски увенчались успехом, и он, уйдя подальше от празднующих победу пиратов, стянул с себя рубаху и с наслаждением стал омывать уставшее тело прохладной водой. В попойке Тор не участвовал, хотя был бы не прочь присоединиться чуть позже. Может быть, именно ром позволит ему расслабиться и повеселиться от души.
Да, пожалуй, именно так он и поступит.
***
Много часов на Нагльфаре не смолкало веселье. Утомлённые тренировками и кровопролитным сражением, пираты всласть отдыхали, не жалея рома и солонины. Музыканты бодро играли простенькие песни, которые тут же подхватывали и начинали горланить что есть мочи, кто-то даже вскакивал и принимался танцевать. А когда музыка смолкала, раз за разом находился смельчак, готовый поделиться историей из жизни. Чаще всего рассказывали что-то смешное, не углубляясь в проблемы и причины того, почему каждый из присутствующих оказался здесь.
Тор поначалу тихонько отсиживался в углу, но в итоге поддался всеобщей атмосфере и к концу уже хохотал от души.
Напился он сильно. Он смутно помнил, как добрался до гамака — кажется, ему помогал Вольштагг и ещё кто-то незнакомый. Провалившись в сон, он проспал несколько часов, но пришёл в себя от настойчивого поглаживания щеки. Затуманенный разум не желал трезветь, и Тор несколько раз пытался отмахнуться от надоедливого болвана, что вздумал насмехаться над ним. Слыша тихие смешки, Тор сердился и, в конце концов, нашёл в себе силы разлепить веки и хмуро посмотреть на наглеца. Изображение двоилось, и в полутьме он далеко не сразу рассмотрел перед собой Локи.
— Наконец-то, — как-то мягко произнёс тот и положил ладонь на его щёку. — Я уже думал, ты не проснёшься.
— Что тебе надо? — нахмурился Тор и снова уронил голову, млея под ласковым прикосновением.