Барбаро пожал плечами.
– Только те, кто участвовал в продолжении вечеринки, знают, что там происходило. И все они в этой комнате, за исключением одного человека. Здесь нечего обсуждать, как мне кажется.
Все молчали.
– Прошу меня извинить, джентльмены, – промолвил Барбаро, вставая со стула. – У меня завтра игра. Уверен, мистер Броуди предпочтет видеть меня отдохнувшим.
Он покинул комнату, вышел из дома и остановился на переднем крыльце. Уокер от него не отставал.
– Подкинуть тебя до дома, дружище? – спросил Барбаро.
– Нет. Я в порядке.
– Ты ее убил?
Уокер вздрогнул, посмотрел на Барбаро и слишком поспешно отвел взгляд.
– Нет! Я говорил тебе, нет. Она уже была мертва, когда я ее нашел.
Барбаро только нахмурился и, глядя во двор, покачал головой.
– Да что с тобой? – спросил Уокер. – Ты тоже был на вечеринке. Ты ее убивал? Ты позволил Елене озлобить себя, – продолжал он. – И этим меня бесишь. Я думал, ты мне друг.
– Да.
– Ты ничуть не лучше этой глупой маленькой сучки Лизбет. Знаком с Еленой всего двадцать четыре часа и считаешь ее лучше меня? Какой ты после этого друг? – требовал ответа Уокер, его голос становился все громче и громче.
Барбаро поднял руки в примирительном жесте:
– Тебе надо успокоиться… дружище.
– Успокоиться? Да ты хоть представляешь, что будет с моей жизнью, если пресса пронюхает о моей связи с убитой? – распалялся Беннет. – Гребаный кошмар. Они откопают из моего прошлого все, что только возможно, раскрутят и сделают из меня Теда Банди.
– И-и что с Нэнси? – машинально спросил он. – Все это несправедливо по отношению к ней.
Барбаро выгнул бровь:
– Почему-то я не очень верю в твое беспокойство о благе жены.
– Тогда тоже иди на хрен, Хуан, – огрызнулся Уокер. – Не хочешь, чтобы твое имя связали с насильником?
– Никто не говорил, что девушку насиловали.
– Они это предполагают: ее изнасиловали и убили, причем именно я, потому…
Уокер умолк, не договорив.
– Что, уже делал это прежде?
Барбаро шагнул в сторону, когда Беннет отчаянно замахнулся на него, потерял равновесие, скатился по каменным ступеням и, приземлившись с глухим ударом на газоне, застонал. Он с трудом поднялся на колени, губа была разбита и кровоточила.
Спустившись вниз, Барбаро поставил ногу на плечо Уокера и толкнул того обратно на землю.
– Посмотри на себя, – произнес он с отвращением, – Пьян, жалок. Что ты за мужчина?
Беннет оперся на одно колено и тыльной стороной ладони утер кровь со рта. Сделал пару глубоких вдохов и взял себя в руки.
– Мой тесть хочет, чтобы я баллотировался, – произнес он, вставая на ноги. – Представь себе.