Записки из чемодана: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Подмосковная генеральская дача. Пристроенный гараж. Гастарбайтеры кувалдами разбивают внутреннюю стену. Неожиданно — под ударами открывается проем. Это тайник. Наезд камеры, крупный план. За стеной, усыпанные серой строительной пылью, спрятаны 2 допотопных чемодана.

Их извлекают наружу. Сидя на корточках, рабочие дрожащими руками вскрывают замки. Отблеск тайны мерцает на их смуглых физиономиях. Но вместо золота и пиастров их разочарованному взору предстают пачки блокнотов, тетрадей и отпечатанных на печатной машинке листов.

…Да, всё произошло именно так. В 2012 году бывший дом генерала Серова на Рублевке перешел по наследству его внучке Вере. Вскоре она затеяла ремонт. Когда ломали стену гаража, там обнаружился тайник с двумя чемоданами внутри.

Серов верил: рано или поздно записи дойдут до потомков. (Собственно, им они и адресованы, и посвящены.) Мне кажется, узнай он, каким причудливым способом его тайна открылась, это здорово бы потешило генеральское самолюбие. Даже после смерти он сумел подтвердить свое звание профессионала!

Дневники и воспоминания Серова — это настоящий Клондайк для тех, кто хочет непредвзято разобраться в нашем недавнем прошлом. Волею судеб этот человек оказался вовлечен в ключевые события 1940-1960-х годов, в прямом смысле являясь одним из творцов новейшей истории; достаточно сказать, что он единственный, кому довелось последовательно возглавлять сразу две советские суперспецслужбы: и КГБ, и ГРУ.

Его записи и свидетельства уникальны уже тем, что позволяют взглянуть на важнейшие исторические процессы глазами их непосредственного участника, тем более что множество тайн и секретов Серов раскрывает впервые.

Не буду приводить примеров тому: во-первых, их просто не счесть. А во-вторых, читатель без труда сможет сделать это самостоятельно. Достаточно сказать, что даже подоплеку собственной отставки Серов излагает совершенно по-иному, утверждая, что супершпион XX века Олег Пеньковский в действительности являлся агентом КГБ, подставленным советской контрразведкой англичанам и американцам…

…Есть такое избитое выражение: человек своего времени. Но Иван Александрович в самом деле был как раз таким человеком.

Крестьянский сын из вологодской глубинки, избач-активист, по комсомольской путевке был направлен в пехотное училище. Потом — армия: взвод, батарея, майорская шпала в петлице, академия им, Фрунзе, которую ему даже толком не дали окончить. В январе 1939 года 33-летнего Серова вместе с сотнями других выпускников военных академий посылают служить в НКВД.

Очень интересно он описывает начало своей работы на Лубянке, первые встречи с наркомом Берией: ощущение брошенного в воду кутенка. После ежовских чисток кадров катастрофически не хватало, тут уж не до профессионального мастерства.

2 сентября 1939 года Серова назначают наркомом внутренних дел Украины: вместе с войсками ему предстоит присоединять восточную часть Польши (Западную Украину) и зачищать территорию от вражеского элемента. А ведь за спиной у него — лишь полгода оперативного стажа…

В дальнейшем подобное будет повторяться с Серовым регулярно. Его все время посылали туда, где сложнее, трудней; кризис-менеджер, выражаясь сегодняшним языком.

Перед войной Серов уже 1-й зам. наркома госбезопасности СССР, потом — зам. наркома внутренних дел. Осенью 1941-го в случае сдачи Москвы он должен был остаться здесь нелегальным резидентом и организовывать взрывы предприятий, объектов жизнеобеспечения, метро. Будучи начальником Московской зоны охраны НКВД, Серов немало сделал для наведения порядка на линии обороны. Он создавал первые диверсионные и партизанские отряды.

Смелости этому человеку было не занимать. Серов — один из немногих руководителей Лубянки, кто лично бывал на переднем крае, прорывался из окружения, сам поднимал солдат в атаку, не раз оказываясь на волосок от смерти.

В одной из автобиографий (она также найдена в его архиве) он так описывает свое участие в войне: «…выполнял особые поручения Государственного комитета обороны СССР и верховного главнокомандующего на разных фронтах: оборона Москвы, Сталинграда, был в Ленинграде, Харькове, Ворошиловграде, а затем оборонял Кавказские перевалы (Клухорский, Марухский и другие), где был контужен с потерей сознания».

Под началом Серова велась ликвидация бандформирований в Калмыкии и на Кавказе, он был одним из идеологов борьбы с оуновским и польским антисоветским подпольем, лично арестовывал верхушку проанглийского правительства Польши и Армии Крайовой.

Победу Уполномоченный НКВД по 1-му Белорусскому фронту комиссар госбезопасности 2-го ранга Серов встречал в Берлине, куда вошел с передовыми частями фронта. С окраины столицы Рейха он первым дозвонился до Сталина, чтобы доложить: наши в городе.

О войне, в том числе о взятии Берлина, и о послевоенной Германии Серов пишет особенно детально: это одни из наиболее ярких страниц его жизни.

Ему довелось оказаться непосредственным участником величайших событий XX века: подписание капитуляции, Потсдамская конференция, переговоры с союзниками. Именно ему первому удастся найти сгоревшие тела Гитлера, Евы Браун и Геббельса. В июне 1945 года, по представлению маршала Жукова, он будет удостоен звезды Героя Советского Союза.

Всего же за 4 года войны генеральский мундир украсят 6 боевых орденов: впрочем, далеко не все из них были получены за геройские подвиги.

Серов руководил депортацией народов, признанных Сталиным «вражескими»: немцев Поволжья, калмыков, чеченцев, крымских татар, карачаевцев. Именно он создавал первые фильтрационные лагеря для военнопленных и отвечал за насильственную мобилизацию немцев. С его именем связано установление «красного порядка» на освобожденных территориях: в Прибалтике, Польше, Германии, Белоруссии, на Украине, в Румынии.

Выполняя волю Кремля и Лубянки, Серов делал всё, что служило достижению цели. Если требовалось — умел быть и хитрым, и вероломным: его «фирменный конек» — заманивание врагов в ловушку. (Так были обезврежены лидеры польского, украинского, а впоследствии — и венгерского сопротивления.)

Не собираюсь оправдывать или осуждать нашего героя: как уже сказано, он был человеком своего времени. Команды Серов привык не обсуждать, а выполнять, за что, собственно, и был ценим руководством.

В его записях упоминается о нескольких десятках встреч со Сталиным, не считая множества телефонных разговоров. Вождь народов действительно высоко ставил Серова. Не зря, отправляясь в 1943 году на фронт (в первый и последний раз!), подготовку поездки он поручил именно ему.

И это было отнюдь не самым тяжелым заданием! Сталин регулярно давал Серову команды разной степени сложности; о многих — подробно рассказывается в записках.

После победы Сталин сознательно оставил его в Германии: уполномоченным НКВД-МВД и заместителем Главноначальствующего в Берлине. Ему поручалась важнейшая миссия: поиск ученых-ядерщиков, их оборудования и чертежей, демонтаж и вывоз в СССР предприятий немецкой промышленности. Во многом усилиями Серова было восстановлено производство баллистических ракет, налажены поставки в СССР ядерного топлива, создано первое советское оружие массового поражения.

А когда в 1952-м забуксовала «стройка века» — возведение Волго-Донского канала — Сталин послал Серова руководить работой на месте и… Через 3 месяца канал был сдан!

Образ практика-профессионала, этакого технократа от спецслужб, здорово пригодится Серову после смерти Сталина. Стремящийся к власти Хрущев доверял ему: сказывалось многолетнее, еще с довоенной Украины, знакомство.

После ареста Берии в отличие от большинства своих коллег по МГБ-МВД Серов не только не будет уволен или арестован; напротив — в феврале 1954 года он возглавит новое ведомство — Комитет госбезопасности при Совете Министров. Еще прежде — его, едва ли не единственного из заместителей Лаврентия Павловича, привлекут к операции против собственного шефа.

Свою преданность новому генсеку Серов сумеет продемонстрировать не раз. Осенью 1956-го он был первым, кто вылетел в мятежный Будапешт, а затем лично руководил операцией «Гром» и задержанием членов «контрреволюционного правительства» Имрё Надя.