Путешествие из Москвы в Калугу: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В 35 км к востоку от железнодорожной станции Малоярославец, на р. Нара, лежит село Тарутино, ставшее широко известным с Отечественной войны 1812 г., когда в сентябре – октябре около него находился лагерь русского войска, а в самом селе – штаб главнокомандующего фельдмаршала М.И. Кутузова. Демонстративно отступив из Москвы по Рязанской дороге, русские войска затем скрытно свернули на Калужскую дорогу и расположились лагерем у села Тарутино, где до боя – Тарутинского сражения – 22 дня стояла русская армия и ее численность удвоилась. М.И. Кутузов писал: «Надобно знать, что село Тарутино, где был мой укреплены лагерь, наделало неприятелю все беды… Каждый день, проведенный в этой позиции, был золотым днем и мы хорошо им воспользовались».

Здесь за две недели М.И. Кутузов собрал армию в 240 тыс. человек регулярных войск, казаков, ополченцев против 116 тыс. воинов армии Наполеона, который понял, что Малоярославец – наименее защищенное место в обороне русских, через него можно пройти в богатые неразрушенные, неразоренные им южные губернии, получить продовольствие, одежду, богатства. Русская армия, отступив из Москвы, расположилась около Малоярославца на позициях под селом Тарутино. Этот Тарутинский маневр позволил Русской армии занять выгодную позицию и выиграть время для обстоятельной подготовки контрнаступления. Тогда Кутузов говорил и написал: «Теперь ни шагу назад. Приготовиться к делу, пересмотреть оружие, помнить, что вся Европа и любезное Отечество на нас взирает». В октябре поблизости от Тарутино, на р. Чернишке, русские войска нанесли поражение французскому корпусу под командованием И. Мюрата. В Тарутинском сражении французы потеряли 2500 человек убитыми, 38 орудий и 2 тыс. человек было взято в плен. Кутузов в октябре 1812 г. написал владелице села Тарутино А.Н. Нарышкиной: «Село Тарутино, Вам принадлежащее, ознаменовано было славною победою русского войска над неприятельским. Отныне имя его должно сиять в наших летописях наряду с Полтавою, и река Нара будет для нас так же знаменита, как Непрядва, на берегах которой погибли бесчисленные ополчения Мамая». На месте, где находилась в 1812 г. одна из русских батарей, на постаменте памятника, установленного в ХIХ в., сделали надпись: «На сем месте Российское воинство под предводительством фельдмаршала Кутузова, укрепляясь, спасло Россию и Европу».

В Тарутино был открыт и действует до наших дней интересный Музей Отечественной войны 1812 г. На месте лагеря русской армии установлен памятник (1829–1834, 1837). Есть здесь на братской могиле и обелиск – памятник павшим советским воинам в боях с гитлеровскими захватчиками в декабре 1941 г. в период Великой Отечественной войны (1941–1945).

Трубино. Вознесенская церковь

Герб города Медынь

Тарутинские маневр и сражение, бой под Малоярославцем и, конечно, битва под Бородино (в Подмосковье) ярко свидетельствуют о высочайшем военном мастерстве, умении верно определить стратегию и тактику в военной кампании, а также о безошибочной профессиональной интуиции М.И. Кутузова. В 2008 г. исполняется 195 лет со дня смерти и 261 год со дня рождения М.И. Кутузова, 196 лет легендарной Бородинской битве. Удивительно, но только в начале ХХI в. точно определили год и место рождения этого великого полководца (см., например, статью Л. Макеенко «Род Голенищевых-Кутузовых» в коллективной монографии «Псковская земля. История в лицах», М., 2006). Почти полвека (49 лет) М.И. Кутузов провел в военных походах и сражениях, до самой смерти был реальным полководцем, заслужил всемирную славу, а главное – любовь и уважение соотечественников. Он все свои способности, знания, опыт отдал служению России, лично о себе думал мало, женился только на пятом десятке лет, не часто мог позволить себе бывать в кругу семьи, не слишком беспокоился о своём материальном богатстве и славе полководца. Его военным и дипломатическим успехам многие завидовали, пытались принизить значимость его советов и рекомендаций. Император Александр I не любил его, пытался отстранить от военных и иных государственных дел, отправил в отставку, завидуя его талантам. М.И. Кутузов с терпением и достоинством перенес все удары судьбы, получил прижизненную всенародную славу, своей жизнью дал достойный урок потомкам. В памяти благодарных россиян его имя и дела остаются бессмертными.

Михаил Илларионович Кутузов (1747–1813), светлейший князь Смоленский (1812), генерал-фельдмаршал, кавалер всех высших степеней российских и многих иностранных орденов, был самым известным в России представителем дворянского рода Голенищевых-Кутузовых. Он с 1764 г. участвовал в русско-турецких войнах 1768–1774 и 1787–1791 гг., в войнах против наполеоновской Франции, в 1811–1812 гг. был главнокомандующим Молдавской армией в войне с Турцией 1806–1812 гг., в Отечественной войне 1812 г. был главнокомандующим русской армией.

М.И. Кутузов, как убедительно показывают исследования последних лет, родился на Псковской земле, скорее всего в сельце Федоровское (около г. Великие Луки), которым владел его дед по линии матери – М.И. Бедринский. Отцом М.И. Кутузова был военный инженер офицер Илларион Матвеевич Голенищев-Кутузов (1718–1784), представитель одного из древнейших родов России (связанного своей историей с Псковской землей с ХVI – начала ХVII вв.). Матерью М.И. Кутузова была Анна Илларионовна Бедринская (1728–1755), дочь псковского помещика, отставного капитана, умерла сразу после родов четвертого ребенка. В псковской глубинке детям смогли дать хорошее образование; особенно большие успехи были у Михаила. Уже к семи годам благодаря домашнему воспитанию на Псковской земле Михаил хорошо знал русский язык (грамотно на нем говорил и писал), изучал иностранные языки, арифметику, геометрию, историю, географию, артиллерию и фортификацию, год от года возрастал его интерес к чтению. Затем Михаил стал жить с отцом, генерал-полковником в Петербурге, с 12 лет стал учеником дворянской Соединенной артиллерийско-инженерной школы, в течение 54 лет (до самой смерти) он занимался военными делами. Постепенно из веселого бойкого юноши Михаил Кутузов превратился в сообразительного придворного, опытного военачальника, ловкого дипломата, а главное, стал одним из самых лучших полководцев своего времени в глобальном масштабе. Кутузов рано понял, что в свете, при дворе, на службе нельзя быть беспечным, откровенным, открытым, веселым, рассчитывать на доброе радушие и бескорыстную помощь. Он хорошо запомнил, как еще в молодости веселил друзей-офицеров, копируя походку и манеры главнокомандующего П.А. Румянцева, которому на него донесли, и обидчивый военачальник избавился от него, не наказал, а способствовал его переводу в другую армию. С тех пор Кутузов, хотя и сохранял внешнюю общительность, стал недоверчивым, скрытным, замкнутым. Сделал вывод: если великий человек не умеет понять юмор, способен на обиду, злость, месть, что же ждать от людей меньшего калибра.

Церковь в Тарутино

Кутузов с 17 лет был в действующей армии (хотя у него была возможность быть придворным). Сам выпросился на действительную военную службу. Он в составе русской армии воевал в Польше, Молдавии, Валахии, Бессарабии, в Крыму, участвовал в легендарных сражениях при Ларге и Калуле, в штурме крепости Измаил, в европейских походах Русской армии. Неизбежно были у него тяжелые ранения. В бою под Алуштой Кутузов был серьезно ранен, турецкая пуля попала ему в голову, чудом не задела мозг; императрица Екатерина II предоставила ему отпуск для лечения за границей. В новой войне с Турцией (с 1787) при осаде крепости Очаков Кутузов снова был тяжело ранен; пуля пробила голову почти в том же месте, что и при первом ранении. Ранение было очень серьезным, но Кутузов выжил, хотя его правый глаз практически перестал видеть. В сражении при Аустерлице (1805) Кутузов был ранен в щеку (а его зять Ф.И. Тизенгаузен был смертельно ранен). Европейские походы русской армии были не по душе Кутузову; он предпочитал защищать Россию. М.И. Кутузов служил и воевал долгое время под началом таких неординарных полководцев, как П.А. Румянцев, Г.А. Потемкин, В.М. Долгорукий, А.А. Прозоровский. Он не был учеником А.В. Суворова, на полях сражений встречался с ним только в период Русско-турецкой войны 1787–1791 гг. Методы ведения военных действий у Кутузова были во многом не схожи с суворовскими; но очень много было у них общего в гуманном отношении к людям, в первую очередь – к солдатам и офицерам – их подчиненным.

Победа при Тарутино. Гравюра 1814 г.

Яркие военные успехи в сложных операциях год от года усиливали полководческий авторитет Кутузова. Однако они же множили число его завистников и врагов. К тому же росла его слава как великолепного дипломата. В 1793–1794 гг. Кутузов был чрезвычайным и полномочным послом России в Турции, показал на этой должности большой талант. Иностранцы сполна оценили Кутузова как высокообразованного, знавшего в совершенстве несколько иностранных языков человека, утонченную личность, ценителя и большого знатока искусств, умевшего увлекательно говорить и аргументированно отстаивать интересы России. Императрица Екатерина II высоко оценила деятельность Кутузова-посла, пожаловала (1793) ему имение Горошки на Волыни с 2000 мужских душ (а с детьми, женщинами, стариками – гораздо больше). В 1811 г. он в очередной раз блеснул своим военным искусством (победил турок) и дипломатическим талантом, заключил Бухарестский мирный договор после Русско-турецкой войны 1806–1812 гг.), не допустил союза турецкого султана с Наполеоном; за это в «награду» от завидовавшего ему императора Александра I получил отставку. Александр I не в первый раз стал жертвой своей неистощимой зависти к успехам Кутузова, хотел ощущать себя более ловким, чем он. Еще раньше он, по сути, удалил Кутузова из Петербурга с поста генерал-губернатора, который был уволен «по прошению». Александр I был не в силах понять реальную оценку Кутузовым коалиции Англия – Россия – Австрия и их союза против Франции, осудил отказ Кутузова защищать Вену. В 1805 г. Александр I пытался отстранить Кутузова, руководил боем при Аустерлице сам, Кутузову он отвел лишь роль номинального главнокомандующего, не считался с его мнением, не желал даже слушать его советы. В случае победы слава досталась бы Александру I, а в случае поражения за него должен был отвечать Кутузов. Бой при Аустерлице русскими был проигран, Кутузов незаслуженно и почти полностью лишился расположения императора. Он сожалел, что присутствие русского и австрийского императоров, мнивших себя великими полководцами, не позволило ему в Аустерлицком сражении взять всю полноту командования на себя. Кутузов к этому времени уже хорошо знал, как ненадежны внимание, расположение, видимые дружба и уважение императоров к действительно толковым полководцам; так было при Павле I и при Александре I. Как уже говорилось, после заключения Бухарестского мира в мае 1812 г. Александр I отстранил Кутузова от командования русской армией, он вынужденно оказался в отставке и уехал в свое поместье Горошки. Но при нападении Наполеоновской армии на Россию (1812), отступлении русских войск, Александр I (питавший зависть к полководческому таланту Кутузова, к которому он неизменно сохранял неприязненное отношение) под напором общественного мнения был вынужден обратиться за помощью именно к Кутузову, просил его принять командование русскими войсками. Кутузов согласился. Отправляясь на войну с Наполеоном, Кутузов сказал: «Победить не берусь, перехитрить попробую». Все знали, что он выигрывал военные операции не только благодаря его мастерской выучке русских солдат, их беспримерной смелости, но в большой мере благодаря своему уму, хитрости, редкостному организаторскому тактическому таланту. Кутузов имел свой особый взгляд на привлечение народа к военным действиям, разработал основы теоретических положений о действиях партизан и ополчения, учил, что «главное не крепость взять, а войну выиграть». Кутузов понимал, что цель – не множить число выигранных боев, а выгнать врагов с территории России, победоносно закончить войну с Наполеоном. Можно представить, как переживал Кутузов, решая судьбу Москвы. Только он мог взять на себя полноту ответственности за оставление исторической первой столицы России, но он смог верно просчитать намного вперед дальнейший ход военной кампании, сохранил армию, солдат, офицеров, ополченцев. Кутузов стал первым, кто смог перехитрить Наполеона (который называл его «хитрый северный лис»), выиграть войну против него, освободить свое родное Отечество. Бородинский бой, Тарутинское сражение, сражение под Малоярославцем, другие военные действия – результаты военной гениальности Кутузова, ярче всего проявлявшиеся именно в России и во имя ее справедливых интересов. Воевать вне России и не вполне ясно, для чего, Кутузов не стремился. В зарубежном европейском походе он тяжело заболел и умер в городе Бунцлау (ныне Болеславец, Польша). К нему успел приехать Александр I, попросил прощения за свое неправильное отношение к великому русскому полководцу. Кутузов ответил: «Я прощаю, государь, но вот простит ли Россия». Похоронили М.И. Кутузова в Санкт-Петербурге, в Казанском соборе. Кутузов первым в России стал полным кавалером высшего военного ордена Святого Георгия Победоносца, стал он и князем (1812).

При всей славе великого полководца Кутузов испытывал определенные материальные сложности. Он должен был обеспечивать соответствующее и приличное для его звания содержание своего дома, своего большого семейства, которое он очень любил. Кутузов женился только в 41 год (1788) на дочери инженер-генерал-поручика И.А. Бибикова – Екатерине Ильиничне, у них было шестеро детей, единственный сын умер в младенчестве от оспы. Кутузов трогательно любил жену и дочерей, которых нужно было обеспечить достойным приданым. Временами ему даже приходилось обращаться в государственный заемный банк для получения денег под залог принадлежавших ему земель. Со временем деньги в банк он возвращал, земли оставались в его собственности.

В окрестностях Малоярославца (ныне в Малоярославском районе), в селе Дольское, в семье бедного дьячка родился великий русский архитектор, основоположник русского классицизма В.И. Баженов. На его родине в 1999 г. установили памятный обелиск в его честь.

Василий Иванович Баженов (1738–1799) – яркий русский архитектор, один из основоположников русского классицизма. Возведённые по его проектам архитектурные ансамбли и отдельные здания отличаются смелостью композиции, разнообразием замыслов, творческим использованием традиций мировой классической и древнерусской архитектуры. Он много и плодотворно работал по государственным заказам, выполнял также архитектурные заказы частных лиц. Так, В.И. Баженов разработал проекты в Москве – реконструкции Кремля, дома Пашкова (ныне – часть Российской государственной библиотеки), дворцово-паркового ансамбля Царицыно, в Петербурге – Михайловского замка и др. Творение и талант Баженова были высоко оценены его современниками, потомки сохраняют восхищение его архитектурным творчеством. В.И. Баженов был, по сути, основоположником русского классицизма. В своем творчестве он смело и мастерски использовал традиции мировой классической и древнерусской архитектуры. Его богатая фантазия, хорошее знание истории архитектуры, оригинальность его художественного мышления привнесли в его творчество использование элементов средневековой архитектуры, готики (наряду с использованием приемов древнерусского зодчества и классицизма), а ряд тяжелых жизненных обстоятельств определили появление в некоторых его проектах масонской символики. Соединение средневековых мотивов с эмблематикой масонства было своего рода отражением идейной и дружеской близости Баженова к московским масонам.

Фельдмаршал М.И. Кутузов. Художник Дж. Доу. 1829 г.

Жизнь Баженова ярко свидетельствует о том, как трудна и непредсказуема судьба в России способной творческой личности, когда реализация талантов зависит от решений далеко не всегда компетентных и не всегда честных чиновников, от субъективного мнения властьпредержащих лиц, их не вполне грамотных приближенных, а также от их прикормленных подчиненных, готовых на любые действия во имя сохранения места, возможностей, покровительства руководства.

Баженов родился в Калужской губернии, затем их семья переехала в Москву. Средств на образование мальчика не было, и его отдали в певчие в Страстной монастырь, хотя он проявлял интерес и способности к рисованию. В 15 лет его взял в обучение посредственный живописец. Но в 16 лет Баженова приняли (а не зачислили) в архитектурную команду, руководимую Д.В. Ухтомским, который высоко оценил способности юноши, сделал его вольнослушателем, освободил его от обязательных занятий, которые он посещал по выбору и возможностям. Из-за бедственного положения их семьи он был вынужден постоянно одновременно учиться и подрабатывать. В 18 лет Баженова зачислили в Московский университет и в том же году перевели в основанную в Санкт-Петербурге Академию художеств, он получил полное казенное обеспечение. В Академии неординарные способности Баженова высоко оценили, как и его большое трудолюбие и честность. В 1760–1762 гг. (ему 23–25 лет) он, как пенсионер Академии художеств, поехал изучать архитектуру во Францию (прежде всего – в Париж) и Италию (главным образом, в Рим). Жить там было непросто, поскольку небольшие пенсионные деньги переводились нерегулярно и с большим опозданием. В Петербург он смог вернуться из-за долгов и сборов денег на дорогу только в 28 лет, но тут же был произведен в академики, стал членом Петербургской Академии художеств, хотя профессуры не получил.

Созданные им проекты в России вызвали интерес к его творчеству. В 1766 г. (ему 29 лет) он стал капитаном Управления главной артиллерии и фортификации. Оценивший его талант граф Г.Г. Орлов вызвал его в Москву «для казенных артиллерийских надобностей». Г.Г. Орлов не столько думал о поддержке таланта Баженова, сколько о возможности – благодаря неординарным способностям молодого зодчего – потеснить своего конкурента Г.А. Потемкина. Г.Г. Орлов мечтал о том, что Баженов создаст проект, необычайно заинтересующий императрицу Екатерину II, что неизбежно усилит ее внимание к нему. Баженов действительно создал неординарный проект реконструкции Московского Кремля. Кремлевский дворец заложили в 1773 г; это было время крепнувшей профессиональной репутации Баженова и повсеместного восхваления его талантов. Но время шло, средства на строительство и реконструкцию не выделяли, денег в государственной казне не хватало. В 1773 г. Екатерина II приказала прекратить в Кремле все работы и даже засыпать вырытый котлован, стройка выше фундамента так и не поднялась. Оскорбленный Баженов руководить засыпкой котлована отказался. В утешение Екатерина II дала ему заказ оформить тогда под Москвой, на Ходынском поле, праздник по поводу заключения Кючук-Кайнарджийского мира с Турцией, что было своего рода творческим унижением. Но и подобный заказ Баженов выполнил великолепно; возведенные по его рисункам необычайные постройки очень понравились Екатерине II и ее приближенным. Императрица поручила Баженову в таком же духе создать ее новую усадьбу Царицыно. Баженов создал проект и начал строительство нового романтического царского дворцово-паркового ансамбля в Царицыно. Вначале императрица вносила свои директивы в декор зданий ансамбля, чуть ли не учила зодчего, что и как он должен делать, естественно, он не во всем мог с ней согласиться. Десять лет Баженов строил Царицыно, переехал туда жить с женой и детьми, фактически он всего себя отдал новой стройке в ущерб интересам семьи. В сыром Царицыно дети болели, младший сын даже умер, но семья не уехала оттуда. Баженов переживал о делах в семье, а также о том, что стройка идет медленно из-за задержек с финансированием работ. Начальство обвинило его в медленных темпах работ, появились долги, судебные тяжбы, на него клеветали Екатерине II. В 1785 г. императрица приехала в Царицыно посмотреть почти готовую усадьбу, которая ей не понравилась. Она приказала срыть дворец до основания, а новый на его месте рапорядилась построить другому русскому зодчему – Н.Ф. Казакову (1738–1812 гг., см. с. 30). Баженов в 48 лет оказался отстраненным от работ. Он получил оплачиваемый отпуск по болезни, так как у него ухудшилось зрение, болело сердце, подводили нервы. Приближенные императрицы сводили между собой счеты, говорили во имя их интересов неправду, а жертвой несправедливого решения императрицы о судьбе его работ в Царицыно стал только он. В этой новый период унижений его творческого таланта и человеческого достоинства, когда он с трудом переживал душевную смуту и творческое отчаяние, путь к его сердцу и разуму нашли масоны.

Журналист и издатель, известный масон Н.И. Новиков принимал Баженова в масонский орден, наследнику престола Павлу Петровичу (не любимого его матерью, фактически укравшей у него русский престол) он передавал масонские книги, напечатанные в Москве, много общался с масонами разных рангов и степеней. На самом деле масоны не успокоили душу Баженова, а еще более усложнили его психическое состояние и жизнь. Обострился конфликт с известным богачом Демидовым, требовавшим срочно вернуть ему долг. Баженову не удалось получить отсрочку в уплате долга или ссуду на его оплату. Он был фактически полностью разорен; говорили, что это была месть ему от Екатерины II за его общение с масонами и доверительные отношения с цесаревичем Павлом, не любившем ее. Баженов оказался в опале, был вынужден уйти в отставку, в 1780-х – начале 1790-х гг. ему пришлось очень много работать (особенно в Москве) по заказам частных лиц. Жизнь у него была трудной, но его работа, творения снова прославили его, дали силы жить, содержать семью, созидать. Он в Москве разработал проект Павловской больницы, возвел колокольню и трапезную храма во имя иконы «Всех Скорбящих Радость» на ул. Большая Ордынка, дом Юшкова на Мясницкой улице, а также восхищающий взор до наших дней дом Пашкова (теперь старый корпус Российской государственной библиотеки). Хотя императрица не благоволила Баженову, он был востребован как несравненный мастер в архитектурном деле, имел много частных заказов. Именно труд и творчество помогали ему пережить трудности.

С 1792 г. по желанию цесаревича Павла 55-летнего Баженова перевели в Петербург на должность архитектора при Адмиралтействе. Он был вынужден создавать проекты скромных по внешнему виду зданий, так как чиновников не интересовали художественные качества построек, при этом они прикрывались желанием беречь казенные деньги. Когда умерла императрица Екатерина II, Баженову было 59 лет, а Павлу – 42 года. Новый император Павел I наградил Баженова важным чином и деревней с крепостными (всего 1000 душ). В 1799 г. он сделал 62-летнего зодчего вице-президентом Академии художеств (эту должность специально ввели для Баженова). Зодчий воспрянул духом, у него появились новые грандиозные планы. Он создал еще раньше по заказу Павла I проект Михайловского замка в Петербурге, началось его строительство, за которым он наблюдал. Но возраст и болезни делали свое дело, в 1799 г. его разбил паралич. В возрасте 62 лет Баженов умер, остались его вдова (дворянка из г. Кашина Аграфена Лукинична Красухина, на которой он женился в 30 лет), три дочери и три сына, а главное – созданные им архитектурные шедевры.

По пути от Москвы вглубь Калужской земли, в 40 км к северо-западу от Калуги, на р. Шаня находится г. Кондрово, малый по людности город (менее 17 тыс. чел.). В нем есть железнодорожная станция – Говардово – на линии Калуга – Вязьма. Промышленное развитие села Кондрово началось в 1790 г., когда в нем построили бумажную фабрику, которая к концу ХIХ в. славилась высоким качеством производимой на ней бумаги. Село получило статус города в 1938 г. За годы советской власти в Кондрове на базе старой бумажной фабрики создали целлюлозно-бумажный комбинат, со временем преобразованный в производственное объединение «Кондровобумпром», построили завод железобетонных изделий, открыли предприятие легкой промышленности.

В 35 км к северо-западу от Калуги (т. е. не доезжая до нее от Москвы), на живописной реке Суходрев, в Дзержинском районе расположен поселок городского типа Полотняный Завод, с историей которого связаны имена фельдмаршала М.И. Кутузова (см. с. 179), поэта А.С. Пушкина и его жены Н.Н. Пушкиной (в девичестве Гончарова, во втором браке Ланская), хирурга Н.И. Пирогова (см. с. 200), купца Т.Ф. Филатова-Карамышева, заводчиков Гончаровых, императора Петра I, императрицы Екатерины II и некоторых других исторических личностей. В Полотняном Заводе в прошлом была роскошная усадьба, которая исключительно сильно пострадала в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг. Тогда сгорел главный усадебный дом, почти вырубили парк. Но в 1970-е гг. усадьбу восстановили, в ней работает музей.

Посещение Полотняного Завода заставляет вспомнить многие страницы российской истории и призадуматься над событиями судьбы владельцев этой усадьбы. Царь Петр I усиленно укреплял военную и морскую мощь России, в том числе создавал флот, для которого нужны были в огромном количестве паруса, царь поручил своим указом от 1718 г. сметливому калужскому купцу Тимофею Филатову-Карамышеву построить заводы для производства полотна для парусов. Карамышев выбрал для строительства сельцо Сгомань, которое в связи с полотняной мануфактурой стали со временем называть поселком Полотняный Завод. По просьбе Карамышева к царю к построенному им в 1720 г. парусно-полотняному заводу (фабрике) приписали «работных людишек». Но рабочих рук не хватало, он принимал на фабрику воров, разных проштрафившихся людей, в том числе баб и девок, брал и отбывавших наказание, также у него работали и вольные люди. Карамышев жутко эксплуатировал работавших на него, но производственные и финансовые его дела шли успешно. В 1720 г. он добился у Петра I разрешения построить и бумажную мануфактуру. У Карамышева были два (как и он) энергичных и хитрых приказчика из калужских посадских людей: его племянник Григорий Иванович Щепочкин и Афанасий Абрамович Гончаров, они стали со временем его компаньонами. Спрос на полотно и бумагу был очень большим, а рабочих рук для предприятий Карамышева не хватало, что сдерживало рост объемов производства полотна и бумаги. В 1726 г. Карамышев получил разрешение у царя купить деревни и крестьян для нужд своего производства (купцы не имели права покупать земли, деревни, крепостных, такое право имели только дворяне). Вскоре недалеко от Полотняного Завода было основано село Карамышево, ставшее своего рода памятником предприимчивому, стремившемуся к наживе любой ценой купцу Т. Филатову-Карамышеву. Когда он стал старым и сам руководить всеми делами уже не мог, с ним вошли в пай (1732) А.А. Гончаров и Г.И. Щепочкин, которые соответственно стали пользоваться и прибылями, постепенно заводы оказались в их руках. В 1735 г. Карамышев умер, Гончаров и Щепочкин разделили между собой имущество полотняно-заводской мануфактуры. Гончаров стал владельцем бумажной и полотняной фабрик, Щепочкин получил часть инвентаря парусно-полотняной фабрики, строения. А.А. Гончаров, бывший «калужский посадский человек», получил львиную долю (2/3) имущества, через 50 лет он стал крупным вельможей, с ним переписывался сам царь Петр I. Легенда утверждает, что А.А. Гончаров был побочным сыном Петра I, что именно поэтому он вместе с родным племянником Т. Филатова-Карамышева – Г.И. Щепочкиным стал приказчиком, а затем компаньоном в мануфактурном деле. Внешнее сходство А.А. Гончарова и Петра I заставляет верить этой легенде. А если вспомнить особое внимание Петра I к делам и просьбам Гончарова, которые он непременно выполнял, то сомневаться в их родстве не приходится. Неспроста приезжала (1775) к Гончарову и императрица Екатерина II.

Гончаров продолжал производить бумагу и полотно на старых фабриках, а Щепочкин перенес свои постройки на «Новый двор» в черте Полотняного Завода и открыл там новую полотняную мануфактуру. Так в селе Сгомань в 1740-х гг. уже работали два полотняных и одна бумажная фабрика, поэтому селение это стали называть Полотняные Заводы. Слава о вырабатывавшихся здесь парусном полотне и бумаге пошла по всей России, вышла и за ее границы. Со временем парусно-полотняные фабрики Щепочкина и Гончаровых не выдержали конкуренции с текстильными предприятиями и к середине ХIХ в. закрылись, а бумажная фабрика Гончаровых процветала. Бумажная фабрика Гончарова была одной из крупнейших в Европе. Гончаровская бумага считалась лучшей в России. Полотняно-заводская бумажная фабрика А.А. Гончарова является родоначальником бумажных предприятий в России. А.А. Гончаров был очень энергичным, хитрым, жадным к наживе человеком. Чтобы дела шли еще лучше, он решил добиться получения дворянства. Успехи в производственных делах у него были более чем яркие, кроме того он умел грамотно давать взятки и ловко делать подарки. В 1742 г. по Указу правительства этот бывший посадский человек за свои заслуги перед государством получил чин коллежского асессора и ранг майора, а главное – все дворянские права и льготы. Он смог покупать без ограничений деревни и крепостных. После этого барыши его стали фантастически большими, тем не менее он стал еще больше эксплуатировать работавших на него людей. К концу его жизни Гончаров имел 75 поместий, бумажную и полотняную мануфактуры, чугунолитейное и железоделательное производство. В 1740-х гг. он прибрал в свои руки все заводы Демидовых в Брянской губернии и там же заводики других мелких владельцев. В 1750 г. граф Строганов продал Гончарову свой железоделательный молотовый завод на Брянщине. Но основные доходы Гончаров имел именно от бумажной мануфактуры. В 1738 г. А.А. Гончаров смог добиться выхода Указа правительства, разрешившего приписных (это были государственные крестьяне, которые приписывались к отдельным предприятиям для временной работы) навечно закрепить за его бумажной фабрикой. После этого он еще более стал эксплуатировать работавших на него людей.