— У меня нет причин тебе врать.
— Представляю, — проворчала Ханна, не желая слышать от него такой правды.
Дрю уселся около нее, вытянув загорелые до кончиков пальцев длинные ноги.
— Кроме того, когда повзрослеешь, будешь выглядеть намного лучше любой Алексис Джордж.
Покраснев, Ханна закатила глаза.
— Сейчас ты мне лжешь.
Покачав головой, Дрю скривился. Ханна еще никогда не видела его столь серьезным... или сердитым.
— Я бы никогда тебе не солгал. Никогда.
— Правда? — прошептала она.
— Да. Ты относишься ко мне по-другому. — Он провел рукой по густой темной шевелюре. — С тех пор как мы с тобой впервые встретились, ты никогда ничего от меня не хотела.
Смутившись своей открытости, Ханна закуталась в полотенце.
— А почему я должна? — Кроме того, она кое-что хотела от него. Хорошо, парочку вещей. Поцелуй и чтобы Дрю смотрел на нее, как на Алексис Джордж.
— Многие люди так делают. Они относятся ко мне по-другому из-за денег отца.
— О! — Ханна нахмурилась. — Но у каждого отдыхающего на «Волшебных дюнах» есть деньги. А иначе, как бы они заплатили за отдых?
Сосредоточив на ней все внимание, темно-зеленые глаза вглядывались в лицо.
— Когда ты станешь старше, поймешь, почему люди так поступают. Но очень надеюсь, что ты не станешь похожей на них.
— Нет, не стану, — пообещала Ханна.
Уголки его губ приподнялись в усмешке.
— Хорошо, — затем Дрю снова стал серьезным и наклонился к ней настолько близко, что она смогла разглядеть синие кольца вокруг его зрачков. — Пообещай мне кое-что, Ханна. На самом деле две вещи.
— Все что хочешь.
— Никогда не меняйся. И не смей плавать в одиночку.
— Обещаю.
Дрю приподнял темную бровь.
— Поклянись.
— Ничего себе! Ты что хочешь клятву в письменном виде?
— Дерзкая всезнайка, — пробормотал он, но Ханна заметила лукавый огонек, мелькнувший в его глазах.
Оглянувшись в поисках своей пляжной сумки, которая валялась в паре метров от них, Ханна вскочила на ноги со словами:
— Оставайся здесь, — и, побежав к сумке, подхватила вещицу, возвращаясь к Дрю. Бухнувшись на песок, начала копаться внутри в поисках блокнота и ручки.
— Ты, правда, собираешься это записать?
Ханна умостилась на теплый песок.