— Когда бъйрэнгал напуган, состав его слюны изменяется. Он способен разгрызть камень и любой металл, за исключением зачарованного. Бурф забыл об этой особенности, поэтому упустил мелкую тварь. Куда он заберется дальше, где застрянет или к кому выпадет, мы не знаем.
От такой перспективы я мысленно содрогнулась, но тут же взяла себя в руки. Я почувствовала его, а значит, котенок не успел далеко уйти…
Да, котенок.
Котеночек.
Который способен прогрызть камень.
Как бы там ни было, он все равно маленький, и он напуган.
Я подтянула стоявший поблизости стул и села. Прикрыла глаза, позволяя магии течь сквозь меня и тянуться к рычащему от страха детенышу. Где-то там, в этих стенах… Тепло прокатилось от кончиков пальцев сквозь ладони, разошлось по плечам и груди. Давно я не чувствовала себя настолько хорошо, как сейчас: магия жизни разогревала не только меня, но и все, к чему прикасалась.
Я почувствовала, как где-то справа притихло беснующееся существо, как страх бъйрэнгала тает, как он тянется к странному и непонятному источнику тепла.
Да, вот так.
Иди ко мне, мой хороший.
Не знаю, сколько прошло времени, пока я услышала скрежет коготков и шуршание. Открыла глаза и увидела малыша, стоявшего в нескольких футах от меня. Складчатые веки на миг сомкнулись, потом распахнулись во всю ширину, открывая огромные алые глаза. Я осторожно спустилась со стула, запечатала магию и протянула котенку руку.
Он не двинулся с места, просто повел носом, словно принюхиваясь, после чего попятился. Отступил к стене, где превратился в едва различимый комочек, сгусток напряжения и недоверия. Не отпуская моего взгляда, сел. И замер.
До той минуты, когда к нему шагнул Золтер.
Резко, одним движением бъйрэнгал подскочил и зашипел, обнажая мелкие клыки.
— Назад, — скомандовала я.
Тихо, не повышая голоса, и меня полоснуло раздражением.
— Ты мне приказываешь?
— Понимайте, как умеете. Вы попросили меня его вытащить, и сейчас я занимаюсь именно этим. Сделайте доброе дело, хотя бы не мешайте!
Поскольку смотреть на Золтера у меня желания не было и поскольку я по-прежнему сидела, сейчас видела только начищенные сапоги и брюки. Что меня определенно обнадеживало, дальше он не двинулся, и когда бъйрэнгал это понял, шипение прекратилось. Он снова собрался в комок у стены и тоненько вздохнул.
— И сколько ты собираешься так сидеть? — раздалось раздраженное сверху.
— Сколько потребуется.
— Почему ты просто не воспользуешься магией?
— Просто магия не способствует доверительным отношениям, — ответила я. — Если вы хотите, чтобы он к вам пошел, это нужно заслужить.
Очень скоро я поняла, что сидеть на корточках — занятие неблагодарное. Бъйрэнгал по-прежнему жался к стене, готовый защищаться, и я села на пол, подтянув колени к груди.
— Ты что устроила, Лавиния?! Поднимись и садись на стул.
— Мне нужно быть на одном уровне с ним.
— Пол холодный.
Да правда что ли?!
— Принесите мне подушечку, — огрызнулась я.
Как ни странно, подушечку и правда принесли, а еще одеяло, миску с водой, миску с молоком и что-то более серьезное съестное для котенка (из чего я сделала вывод, что его аэльвэрство не безнадежно, или по крайней мере, не настолько безнадежно, каким хочет казаться).