Последнее испытание (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Да, сэр! До свиданья.

Зарабатывает баллы, подумал Олег. Хороший парень, обязательно заберу к себе. Если только «верхние» не заберут раньше.

52. Земля. 20.05.1674. Устье Дона

Мелководное Азовское море требует хорошего знания рельефа дна. Впереди конвоя шел фрегат «Раджив», за ним корвет «Энола Гей», баркентины, барки и второй фрегат замыкающим. Морис де Брюэль командовал походом и не мог сдержать злости при известиях о русской неорганизованности.

По плану передовые части стрелецкого воинства и дворянского конного ополчения должны были начать погрузку 1 мая, не позднее 15 мая захватить плацдарм на излучине одного из рукавов в дельте Дона, напротив безымянной косы, на Старой Земле называвшейся Елизаветинская. К этой дате в Воронеж прибыла только дивизия фон Бокена. Оценив количество плоскодонок и плотов, генерал понял, что его дивизия плюс русское сборище никак не разместятся. Зная, что не позднее 20 мая Франция отправит под Азов вооружения для его дивизии, крайне дефицитные в войне с турками, он решил было отправиться, не дожидаясь царских войск, но получил отказ. Воронежский воевода имел распоряжение от князя Григория Григорьевича Ромодановского, назначенного царем во главе кампании, никому судов не давать.

Проболтавшись там четыре дня, за которые войско отдохнуло после марша из Москвы, фон Бокен связался с Олегом, тот — с Матвеевым, получив обещания в духе «вот-вот, уже-уже и как только – так сразу». Посланный на разведку французский посол узнал, что стрелецкий полк двинулся пешим ходом на юг от Москвы «почитай неделю как», а дворянская конница еще только отправлялась.

В результате 4 мая дивизия стартовала на юг верхом. До начала дельты Дона, где русло разбивается на несколько рукавов, предстояло пройти почти столько же, сколько и от Москвы до Воронежа, форсировать реку и потом еще полсотни километров до Азовской крепости.

Олег долго совещался с Родригесом, терзал Мохаммеда, но решил не переносить сроков азовско-крымских операций. Слишком нужны были баркентины, простаивавшие в порту Золотой Рог и груженые всем необходимым для фон Бокена. Учитывая опыт казаков, в 1642 году взявших турецкий Азов и удерживавших его против многократно превосходящих сил противника в течение более чем трех месяцев, Сартаков приказал германскому генералу захватить город своими силами и оборонять, пока стрелецкие и дворянские полки не соизволят спуститься к морю.

Французский капитан получил приказ пройти Азов до точки встречи с драгунами, разгрузить баркентины и отправить флотилию обратно к Босфору, оставшись самому с «Радживом».

Самый крупный рукав дельты омывает крепостные стены Азова. Плоскодонные струги пройдут и по другим рукавам, а более серьезные суда — нет. На подходе к крепости де Брюэль рассмотрел ее детально через бинокль.

После ухода казаков турки восстановили фортификационные сооружения. Вдоль реки протянулась высокая каменная стена, с трех других сторон прямоугольника тянулись земляные насыпи. По всему периметру земляных валов построена стенка высотой под метра два с бойницами для огнестрельного оружия. Высокий, как ракета, минарет явно использовался и как наблюдательный пункт.

На противоположном, правом берегу поверх крутого склона ощетинились пушками форты. Получается, вся акватория между берегами на расстоянии полукилометра от Азова простреливалась плотным перекрестным огнем. Судя по всему, «Раджив» и «Энола» пробились бы, даже не открывая огня, а деревянные корпуса баркентин станут легкой мишенью для ядер.

По логике вещей, огонь двух фрегатов и корвета должен подавить крепостные батареи, дав свободный проход эскадре. Вооруженные винтовками, минометами и нарезными орудиями драгуны фон Бокена возьмут после этого Азов без лишних потерь.

Теперь получалось, что нужно обрушить на защитников огонь для беспрепятственного прохода судов. Далее выгрузка и аккуратный разворот около истока Мертвого Донца, значит, в обратный путь через Азов конвой пройдет через трое суток. За это время татаро-турецкие войска могут прийти в себя. То есть, артподготовку придется повторять, но без пушек «Раджива», оставленного стеречь лагерь с оружием и припасами. И в третий раз, перед нападением дивизии драгун. Совершенно бессмысленный расход боеприпасов на огромном расстоянии от баз снабжения.

Де Брюэль был опытным капитаном. Он дрался на парусниках и пароходах, умел рассчитать маневр, чтобы корвет или фрегат разогнал многочисленную пиратскую свору, имел опыт абордажа и расстрела береговых сооружений. Но при этом он оставался моряком. Узкий пресноводный водоем, где не развернется ни корвет, ни, тем более, фрегат, сплошь малые глубины, на которых баркентина имеет шанс сесть на мель под огнем неприятеля, не позволяли ему отдать команду войти в устье. Река – сплошная ловушка. Ошибка стоит потери не только одного корабля, но, вероятно, всей эскадры: достаточно последнему судну затонуть на фарватере, и все, мышеловка захлопнулась.

Стоя на мостике катера, он в очередной раз осмотрел фортификационные сооружения в бинокль, поднял разведывательного жука, которого многие моряки называли «глас божий». Капитан давно догадался, что хитрые приспособления миссионеров являют собой такие же технические изделия, как фрегат, только миниатюрные и очень искусно выполненные. Собственно, и Мохаммед обучал его пользованию так же, как и переговорной горошиной или судовым генератором. Зная, что механический жук быстро устает, де Брюэль пристроил его на вершине мечети и видел полную панораму оборонительных линий.

Не найдя приемлемого варианта прорыва, он еще раз проштудировал подробнейшую карту района. К сожалению, назначить иное место встречи с драгунами невозможно. С севера Азова многочисленные рукава дельты Дона, непроходимые для измочаленного походом войска. На юге Кубань, татарские поселения, да и из крепости может выскочить серьезный отряд. У драгун всего сотня винтовок, несколько орудий, пулеметов и минометов. У основной массы фузеи или только сабли. Они уже понесли потери от стычек с конницей татар, пускать их к крепости невооруженными — отправлять на заклание. Поэтому альтернативы подъему вверх по реке нет.

В качестве последнего неприятного момента проявилась нежелательность интенсивного разрушения Азова. Драгунам до прибытия стрельцов, а потом и московитам надо крепость удержать, чем она целее, тем легче ее оборонять. Еще раз переговорив с Родригесом и Мохаммедом, капитан решился на десант силами экипажей конвоя.

Катер взревел мотором и выписал лихой разворот между крепостью и фортами. Очередь из ДШК прошила несколько мелких гребных судов. С крепостной стены бухнули пушки, ядра посыпались на середину рукава, где всего пять секунд назад катер взбил волну. В уравнение со многими неизвестными добавились еще два фактора. Пушки хорошо пристреляны по фарватеру, что и следовало ожидать. А вот две каланчи с толстой цепью поперек русла оказались сюрпризом. Стало ясно, почему мелкий татарский флот не убежал вверх по течению. У головного фрегата добавляется задача разбить каланчу до того, как форштевень ударит в цепь.

Катер притерся к борту «Раджива», прошуршав кранцами по обшивке. Де Брюэль взлетел на борт по шторм-трапу и дал команду подать сигнал флажками на сбор капитанов судов. В тесном кубрике фрегата, не намного большем, чем на «Миссури» и его систершипах, командир конвоя разложил карту и объяснил обстановку.

-- Господа, по моим прикидкам, в фортах левого берега находится до 500 татар и турок, в крепости порядка пяти тысяч. Полностью разрушить укрепления и разбить орудия артиллерийским огнем сложно. Я принял решение снять с судов 200 человек и высадить десант на левый берег для захвата фортов.

Среди капитанов послышался возмущенный ропот.

– Молчать! Я еще не закончил. Выгружаем 48 минометов и большую часть боеприпасов к ним, предназначенных для действий на суше. На каждом барке и баркентине по десять морских пехотинцев с ПКМ и ППШ. На каждую пару минометов по одному канониру с парусников и с каждой башни фрегатов и корвета. Остальные – матросы с баркентин и барков. Знаю, оставшихся не хватит для управления парусами, поэтому по реке идем на машинах. Вот точка высадки десанта, – де Брюэль отметил ее на карте в 700 метрах от западного левобережного форта. В шлюпки людей с запасом, чтобы отогнать обратно. Порядок следования: первым «Раджив», в середине колонны «Новак», замыкающим «Париж». Это понятно?

Капитанам были понятны слова, но не общая идея де Брюэля. Он продолжил.

– Артиллерийским огнем с «Раджива» и минометами вышибаем защитников фортов. Пулеметчики и морпехи добегают до западного форта, зачищают остатки, повторяем с восточным, минометы переносятся наверх. Оттуда десант накрывает северную стену крепости. Орудия западного, восточного и южного вала рассчитаны только на отражение штурма стен, смотрят в узкие бойницы и практически не имеют горизонтальной наводки. Поэтому для нас кардинально важно подавить батареи северной стены. Ясно?

– Разрешите, командир? – Бартоломео Мошаду командовал фрегатом «Париж», и ему идти замыкающим. – Если в крепости гарнизон до 5 тысяч, минометчики не смогут его быстро выкосить. С поверхности реки мы не сможем обеспечить накрытие по высокой траектории: крепость на холме, у нас не хватит угла возвышения. Как быть с приказом о минимальном разрушении стен?

– Верно. Но северная стена для штурма практически неприступна, с суши можно забраться на валы с других сторон. На каждый ствол 100-миллиметровых орудий у нас есть десяток болванок. Ими разбиваем верх укрепления. Легкая артиллерия и пулеметы отсекают желающих взять парусники на абордаж. Если батареи смогут нанести ущерб, у «Новака» как у самого маневренного корабля добавляется функция аварийного буксира. Поврежденное судно тянуть к Мертвому Донцу и сажать на мель. Больше нет вопросов? Сейчас капитаны получат предписания о количестве выделяемых матросов в десант. Командует сухопутной операцией мой первый помощник Клод Буше. Приготовиться к движению через час. Да поможет нам Единый!

53. Земля. 20.05.1674. Суэцкий перешеек

– Майор Перси Скотт к вашим услугам, мисс!

Лощеный военный в ярком красном мундире, белых бриджах, перчатках и портупее, высоких черных сапогах и блестящей каскетке с плюмажем казался скорее карнавальным или опереточным персонажем, чем реальным офицером действующей армии. За ним стояли еще трое в парадной форме. Изабелла Каваллини, привыкшая к утилитарному одеянию служащих Сансья и экипажа сухогруза, впервые увидела человека, облаченного в соответствии с ее представлениями о XVII веке.