Но 23 сентября он умер.
Нас с Олей Крестовской — рикошетом! — ударила его смерть.
Есть люди, общаясь с которыми, вступаешь в некий светящийся круг.
«Внушать стихи больший дар, чем писать стихи. Большая Богоизбранность, больший дар Божий» (Марина Цветаева).
Петрович «внушал стихи».
Мы хотели снять фильм о картинах Ольги Крестовской.
Но!
Он любил слова «завтра», «потом», «когда-нибудь».
А сначала: «Поеду в Египет, потом к маме, в Тбилиси».
В Тбилиси его и похоронили.
Разговоры:
— Почему ты всех выводишь из моей орбиты? Ты ревнуешь?
— Они тебе не нужны.
— Ты знаешь лучше меня, что мне нужно?!
— Да! Лучше!
— Хочешь превратить меня в серенькую птичку? Яркие пёрышки вырываешь?
Засмеялся.
— Если вокруг меня не будет мужчин, я начну стареть.
— Не начнёшь.
Слава Богу! Сашу Архутика я «спрятала».
Но журналы — все три — закрыли!
«Дружба, выполнившая свою программу».
Так социопсихологи объясняют, почему нет смысла общаться с одноклассниками и однокурсниками.
Не стоит реанимировать прошлое. Не стоит!
В Киеве случайно купила «Фиесту» на английском.
И всё потом случилось, как в этом романе.
Нужно перечитать и закрыть эту книгу.
И забыть всё, что случилось.
Dixi.