Сильные руки обняли его, помогая устроиться поудобнее.
В комнате было теплее, чем обычно, и Дин подумал, что пока он готовил, Кас вполне мог отрегулировать температуру и в спальне, зная, что Винчестер не сможет надеть что-нибудь или закрыться одеялом.
Это, скорее всего, была самая логичная и правильная мысль из всех, которые только приходили охотнику на ум с тех пор, как он очнулся на капоте Импалы, так что у него был повод гордиться собой.
Дин почувствовал, что Кас опять прижался щекой к его затылку, а потом ощутил на лбу два поцелуя.
— Ты хочешь спать? — тихо спросил Кас.
— Я… Наверное? — Дин не был уверен. Он должен был подумать. Просто минутку… обдумать. Решить…
И…
— Спи, детка.
Хорошо.
Комментарий к Ошеломленная любовь
*Роджер, добрый мой приятель - смесь фраз “Roger that!” (“Я вас понял”/”сообщение принято”) и “good buddy”. Часто используется в значении “установить гомосексуальный контакт с партнером”
========== Зелёный ==========
В этот раз Дин просыпался медленно, шаг за шагом приходя в себя.
Первое, что он почувствовал — всеобъемлющее благополучие. На самом деле, симфония ощущений была намного сложнее. Дину было тепло, он был в безопасности во всех смыслах этого слова, он знал, что его любят, и чувствовал еще сотни вещей, для описания которых просто не было слов. Всё было правильно.
Дин плавал в этом восхитительном, потрясающем чувстве очень долго, однако в какой-то момент начал осознавать и другие, более приземленные вещи.
Половина его тела лежала на чем-то удивительно мягком, а другая прижималась к чему-то каменно-твердому, но почему-то намного более приятному и удобному. Это теплое и твердое нечто, на котором покоилась голова Дина, ритмично поднималось и опускалось. Это почему-то успокаивало, и Дин инстинктивно прижался крепче.
В тот же момент руки, оказывается, всё это время обнимавшие его, сжались, и охотник почувствовал, как что-то нежно прикоснулось к его макушке.
Он знал это ощущение. Оно было хорошим.
Дин не чувствовал необходимости формулировать свои мысли, поэтому, когда одно единственное слово — поцелуи — появилось в мозгу, он просто молча смотрел, как оно растворяется и исчезает.
Охотник слегка приподнял голову и почувствовал, как теплое дыхание взъерошило его волосы.
Это ощущение тоже было хорошим, и Дин издал низкий звук, который в теории должен был выражать удовлетворение.
Только тогда он начал осознавать нечто… более неприятное, но пока что не причиняющее сильных неудобств.
Плечи и верхняя часть спины ныли, но, поразмыслив немного, Дин решил, что вполне может справиться с этим ощущением.
Икры тоже болели, словно Дин много и долго бегал, но и это не особо его беспокоило.
А потом он ощутило кое-что более интенсивное: возможно, его подсознание решило оставить это напоследок, чтобы охотник смог спокойно проанализировать это чувство, не отвлекаясь ни на что другое.
Всё, начиная от поясницы и заканчивая пятью дюймами выше коленей, было…
Для начала, теплым. Горячее, чем остальная кожа, настолько горячим, что Дин был уверен, что мог бы почувствовать исходящее тепло, держа пальцы в нескольких сантиметрах над кожей.
Боль, казалось, пронизывала до костей. Сначала Дин думал, что каждая клеточка тела болит одинаково, но потом понял, что от некоторых участков исходят более интенсивные ощущения. В мозгу снова всплыло одно слово.
«Перекрывающиеся».
Дин не был уверен, что оно означает, но, опять же, просто позволил этой мысли исчезнуть, погружаясь в более простые и понятные ощущения.