Нога судьбы, или Истории, рассказанные за чашечкой кофе: читать начало книги онлайн

– Отлично! Вот и договорились.

Вот так и вышло, что уже после обеда того же дня я осталась в окружении частично разобранных коробок и сумок в своей новой комнате один на один с полуразмороженной сырой курицей, и нельзя сказать, чтобы мы с ней так уж друг другу симпатизировали. Помимо нее, мне досталось еще ведро картошки и полведра лука, щедро пожертвованных володиными родителями на нужды голодающего студенчества. И из всего этого богатства мне предстояло сотворить королевский романтический ужин на двоих. Ну, это я сразу решила, что он будет романтическим.

Пожив когда-то, еще в период вступительных экзаменов, в общежитии, я знала, что это нормально. Ребята собирали продукты вскладчину, а иногда бывало и вот так. Кто-то привозит из дома еду… а кто-то просто умеет готовить. Правда, была тут одна маленькая проблемка, но я решила, что уж с этим-то что-нибудь да придумаю.

Собственно, проблема заключалась в том, что готовить я… нет, ну не то чтобы вот совсем не умею. Кое-что я могу. Яичницу там могу пожарить. Глазунью. Еще… яйцо сварить. Так уж сложилось, что матушке моей до моего воспитания никогда не было никакого дела, у нее своя отдельная жизнь, так что растила меня бабуля. И она куда больше внимания в моем обучении уделяла приготовлению зелий и мазей, чем борща. С готовкой у меня как-то не задавалось, и бабуля Ягна предпочитала не рисковать продуктами. Собственно, первые двести с лишним лет своей жизни я вообще почти не покидала пределов родного леса. Конечно, я уже довольно давно живу самостоятельно, и к родным пенатам приезжаю не так и часто, но… так уж сложились обстоятельства. Домашнее хозяйство никогда не было моей сильной стороной. И потом, попросту лень готовить для себя одной. Поэтому обычно я покупаю полуфабрикаты и разогреваю их, или делаю что-нибудь предельно примитивное. Могу, опять же, сварить яйцо или там картошку. А помидор просто сгрызть. Я в целом зверушка неприхотливая.

Но сейчас я понимала, что просто сварить курицу – совершенно не вариант. Нет, ну может быть, оголодавший Володя, второй день страдающий над сырой курицей и ведром картошки, вовсе и не расстроился бы. Было совершенно ясно – его кулинарные таланты таковы, что рядом с ними даже мой гастрономический примитивизм несколько меркнет. Под большим секретом он признался мне, что на прошлой неделе пытался сварить макароны, и результат оказался более чем прискорбен. Раньше Володя жил в своей комнате вместе с сокурсником, худо-бедно умевшим готовить, но недавно тот покинул друга, чтобы поселиться вдвоем с девушкой. И теперь несчастный будущий медик жил впроголодь, несмотря на обильные передачи от хозяйственных родителей.

И все-таки хотелось удивить и поразить. Все слышали, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, да? Путь к сердцу студента уж точно. Так вот, я считаю, что, если уж покорять, то покорять навеки. А это значит, что необходимо изготовить из курицы что-то невероятное… неординарное что-то.

Приключилась вся эта история с десяток лет назад, и ноутбуков с интернетом у всех подряд тогда еще не было. Как не было в моем нехитром хозяйстве и кулинарных книг. И я решила действовать по вдохновению. Спонтанность – мое кулинарное кредо. А кроме того, этот куриный монстр все равно не влез бы ни в одну мою кастрюлю. Его неизбежно бы пришлось расчленять.

Да, птичка, к слову, досталась мне крупная, как индюк. Должно быть, в краях, где родился Володя, особенно свежий воздух и хорошее зерно. Ну или куры генно-модифицированные.

Нет, ну для начала я, конечно, попыталась все сделать совершенно по-честному. Я решила, что поджарить курицу кусочками, обваляв их в специях, было бы неплохим вариантом. По крайней мере, я наблюдала однажды приготовление такого блюда в исполнении одной из своих тетушек, и мне показалось, что сложностей в этом деле никаких не должно возникнуть. Может, это и не шедевр, но по крайней мере и не вареная курица. Поэтому я решительно уложила птичку на разделочную доску ногами кверху и с размаху вонзила в нее нож.

То есть я собиралась вонзить в нее нож. Прежде всего, ножи у меня все, как на подбор, тупые. Острых не держу принципиально, поскольку режу ими в основном свои пальцы, а собственные конечности мне все-таки дороги. Так вот, нож был тупой, а птичка, как сказано, полуразмороженная. Должна вам сказать, полуразмороженная курица – создание чрезвычайно верткое. И скользкое. В общем, не надо пытаться вонзать в нее относительно острых предметов с размаху. Нож, скользнув по боку курицы и пропоров в нем безобразную рану, воткнулся в разделочную доску, а бывшее пернатое ловко ускользнуло и выстрелило куда-то в сторону. Сдавленный мяв немедленно подсказал, что выстрел имел успех.

Кстати, вот на меткость я никогда не жаловалась. Если, к примеру, я открываю шампанское, то с любого расстояния и даже рикошетом обязательно попаду пробкой вам в глаз, можете даже не сомневаться.

В данный момент мишеней в комнате было не так уж много – я да коммунальный кот Паша, который, будучи выдворен мной со стола, невозмутимо расположился отдыхать в освещенном солнцем из окна прямоугольнике на полу. Володя сообщил мне, кстати, что кот Паша, кажется, умеет проходить сквозь стены. Во всяком случае, обнаружить его в запертой комнате можно в любой момент. Равно как в запертом шкафу или незапертой, но твоей личной кровати.

Разумеется, курица прилетела непосредственно на Пашу. Возмущенный кот не сразу осознал ценность даров природы, сыплющихся на него с небес. Он издал негодующе-булькающий звук и усвистел, распушив толстый хвост, куда-то под кровать, однако уже через секунду с неменьшей скоростью вылетел оттуда, метнулся к курице и сомкнул зубы на ее сочном полуразмороженном боку. Просто Паша еще не знал, насколько дорога мне эта курица. В конце концов, от нее, возможно, зависело мое личное счастье. И бороться за него я готовилась до конца. А потому, подскочив к курице с другой стороны, я схватилась за ее ногу и решительно потянула к себе. Кот издал сдавленный звук и рванул в другую сторону. Послышался негромкий чпок и на какую-то секунду мне показалось, что в моей руке сейчас останется одинокая куриная нога. К счастью, кот Паша, несмотря на вселяющие уважение размеры и сверхъестественную наглость, был все-таки всего лишь котом. А потому в зубах у него остался внушительный кусок оторвавшейся куриной шкуры. Плотно сжав чалюсти, Паша, решивший, очевидно, что от добра добра не ищут, ускакал со своей добычей под кровать. А мне, победительнице в этой неравной схватке, осталась основная часть предмета спора – птичка, выглядевшая теперь так, будто ее взрывали осколочной миной.

Осмотрев свой трофей, я пришла к закономерному выводу, что вот теперь-то простые рецепты проде «положить курицу в кастрюлю и сварить» отменяются совершенно точно. Потому что объяснить две рваные раны в боках монстра, не описывая деталей схватки с котом и не вдаваясь при этом в чрезмерные подробности своих кулинарных умений, не представлялось никакой возможности. Поэтому я, воровато оглядываясь, сбегала на кухню помыть проклятую птичку и вернулась, полная решимости и воли к победе. Я не могла признать поражение от какой-то курицы, пусть даже таких размеров, а потому вновь водрузила монстра на разделочную доску, вооружившись ножом и терпением.

…Спустя примерно полчаса я почти готова была признать себя побежденной. Мне удалось отпилить от монстра конечности, попутно ободрав кое-где еще клочья шкуры, но вот что делать с массивной грудной клеткой и как должно выглядеть дальнейшее расчленение, я решительно не представляла себе. Теперь у меня был набор птичьих конечностей и отдельная курица-инвалид.

В конце концов я пришла к выводу, что нужно решать проблемы по мере их поступления. Если на то пошло, больше чем пара ног и рук… то есть крыльев на одну сковородку все равно за один раз наверняка не влезет. А значит, можно потихоньку начинать экспериментировать. Следующий этап – обвалять все в специях.

Вот тут я осознала страшное. Специй-то в моем хозяйстве как раз и не водилось. Никаких. Более того – какие именно нужны специи, я тоже представляла себе довольно смутно.

В глубокой задумчивости, на ходу вытирая скользкие руки о домашнюю юбку, я вышла из комнаты и постояла немного в коридоре, размышляя. И в конце концов решительно постучалась в соседнюю дверь. Распахнулась она так стремительно, что я едва успела отскочить, чтобы не получить ею в лоб.

– Уже готово? – Володя смотрел на меня с такой надеждой, что мне захотелось немедленно скормить ему хоть что-нибудь. Или хотя бы просто погладить его по голове. Но я стиснула зубы и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы сдержать несвоевременные порывы.

– Нет, – важно и строго ответила я. – Ты же не думаешь, что мясо готовится так быстро? Это, между прочим, тонкий процесс…

– Ну да, ну да, – поспешно, чтобы скрыть разочарование, закивал головой мой визави. – Конечно!

– А зашла я к тебе по делу. У меня, оказывается… хм… кое-что из специй рассыпалось при переезде. Вообще там сейчас ничего не найдешь, сам понимаешь, все запаковано… в общем, я хотела спросить, у тебя случайно никаких специй нет?

– Конечно! – к моему удивлению, снова радостно ответил Володя. Я-то шла к нему от безысходности, хорошо понимая, что у человека, который не в состоянии сварить самостоятельно макароны, таким изыскам взяться неоткуда. – Ромка когда уезжал, он оставил что-то… я туда не залезаю, там же все равно так сразу съесть нечего…

В итоге Володя гордо продемонстрировал мне коробку из-под лапши, в которой притулились несколько пакетиков. И перебирая их, я начала потихоньку впадать в отчаяние. Лавровый лист, красный перец, гвоздика, ванилин… пожалуй, я могла бы приготовить нечто чрезвычайно экстравагантное. Экзотическое, даже пикантное, я бы сказала. И очень, очень спонтанное. Даже интересно, что готовил с таким набором неведомый Ромка?

– Ну как? Это подойдет? – Володя смотрел с надеждой, обмануть которую я попросту не могла.

– Я что-нибудь придумаю, – мужественно соврала я в итоге и решительно забрала всю коробку.

Думала я долго. И решалась. Потому что вот когда я разложила вокруг куриных частей тела ванилин и лавровый лист, мне стало окончательно ясно, что дело плохо. Попробовала прилепить к курицыному боку листик лаврушки, полюбовалась на икебану.

Нет, спасти меня, пожалуй, сможет только чудо.

В сущности, по чудесам-то как раз я, можно сказать, специалист. И именно добывание самых неожиданных предметов – мой прямой профиль. Точнее… одна из его сторон. Хотя тут, пожалуй, стоит объяснить поподробнее.

Вообще-то мы, Ягелевы, – не совсем ведьмы. Или, точнее даже, не ведьмы вовсе. Мы – Привратницы и Проводницы. Открывающие Врата. Мы стережем Врата между мирами – миром живых и миром… других. Разных. Миром-за-Гранью.