Нога судьбы, или Истории, рассказанные за чашечкой кофе: читать начало книги онлайн

Учиться я отправилась в областной центр, но сразу в общагу меня не взяли. В общаге не хватало, как всегда, мест, хотя мне обещали, что, возможно, ко второму курсу до меня черед все-таки дойдет. Так или иначе, при учебе на дневном отделении я не могла нормально работать, а жить где-то все же надо было. Поэтому я подрабатывала, где придется, а тем временем снимала комнату в квартире с хозяйкой. Мест в общежитии все не было, к третьему курсу я решила, что пора бы обрести какую-то самостоятельность – и нашла себе комнату в коммуналке.

Коммуналка оказалась огромна, запущена и полна тараканов. Зато моя комната была просторной и светлой, а дом, в котором она располагалась, стоял всего в нескольких кварталах от моей альма-матер, то есть практически в центре города. Цена же при этом была такой, как будто я снимаю вовсе конуру где-то на окраине. Как мне объяснил по секрету «хозяин», которому я платила деньги, все дело было в том, что никакой он не хозяин, а всего лишь представитель фирмы, которой принадлежало здание, уже много лет предназначавшееся под снос. Каким-то немыслимым образом дом, давным-давно по документам расселенный, не только был полон жильцов-арендаторов вроде меня, но и вмещал в себя небольшой продуктовый магазинчик на первом этаже.

Впрочем, все это не имеет большого значения. А значение имеет только тот невероятный факт, что в соседней со мной комнате, буквально через стенку от меня, обитал он. Володя. И от этого становилось совершенно очевидно, что это просто судьба.

Влюбилась я практически сразу – как только пришла смотреть квартиру. Не в квартиру, разумеется, влюбилась. В Володю.

Дело было как. Когда я позвонила по объявлению, агент по недвижимости долго эту коммуналку вообще не хотел мне показывать и предлагал другие, совершенно замечательные, на его взгляд, варианты, как раз для меня. А эту вам, говорит, смотреть не стоит. «Не женская», мол, эта квартира. Это он меня не знал потому что. Мне когда говорят что-то очень загадочное, например, «не женская квартира», мне тотчас же и немедленно становится это надо. Ну потому что интересно же, как же так. Может, там все каналы по телеку только футбол показывают? Или пивопровод проведен в комнаты? Хотя нет, тогда б цена была другая. Словом, я буквально заставила отвести-таки меня в этот дом – вместо «чистенькой и уютненькой комнаты с приличной хозяйкой и стиральной машиной».

Так вот, оказалось, что «не женская квартира» – это когда, допустим, в квартиру заходишь и сразу остро хочется, например, надеть респиратор. По коридору плывут густые черные клубы дыма, а из клубов надсадно кто-то кашляет и матерится. А респиратора у тебя тем временем таки нет, и это печаль и большая грусть, но что делать. И ты отважно шагаешь прямо в эти клубы. Следуешь исключительно на голос риелтора, который уверенно шествует куда-то во мрак, поясняя по дороге, что в свободную ныне комнату можно пройти как раз через кухню, и вот там-то мы сейчас и узнаем, произошел пожар, началась война и газовая атака или просто кто-то из жильцов, например, картошечку жарит.

Более верным оказалось, к слову, последнее предположение. Неизвестно, правда, была ли это в самом деле именно картошечка, я бы на нее не поставила хотя бы потому, что в черном дыме отчетливо ощущался изысканный оттенок аромата горящей покрышки и еще немного – прогорклого сала. Впрочем, на тот момент уже не имело большого значения, каким должно было быть это блюдо в замысле автора, потому что теперь его печальные останки (блюда, конечно, не автора) уже дымились в мусорном ведре, а сам кулинар с ожесточенным лицом скреб над раковиной металлической мочалкой исходящую паром огромную чугунную сковородку. Вокруг собрались сопереживающие и сочувствующие – очевидно, соседи, которые подбадривали кулинара в этом нелегком деле ласковыми репликами вроде «поджигатель хренов» и «дебил недоделанный». Особенно усердствовала в изобретении цветистых метафор необъятная тетенька средних лет в пестром халате – из тех тетенек, что в каждой очереди оказываются неизменно первыми, а в каждой коммуналке – главными.

Виновник торжества не поднимал глаз от злополучной сковородки и на лестные комментарии не реагировал. А посему увидела я только уныло понурившуюся спину в линялой футболке, светло-русые короткие волосы, а также тощие ноги в драных по краю джинсовых шортах по колено и резиновых тапках.

Впрочем, рассмотреть кого бы то ни было особенно внимательно мне все равно не позволили. Агент по недвижимости, решительно схватив меня за локоть, уверенно устремился через кухню к новому коридору, где дыма было уже не так много, зато обнаружилось две двери, одну из которых риелтор тотчас открыл своим ключом и гордо распахнул передо мной.

– Вот! – гордо возгласил он, нисколько, кажется, не сомневаясь в том, что я должна немедленно упасть в обморок, и повел рукой вокруг себя. – Я же вам говорил!

Ну что сказать. В общем-то, комната была как комната, и даже довольно большая и светлая. Переизбытка мебели в ней также не имелось: узкая казарменная кровать с продавленным матрасом и без покрывала, одинокий венский стул, в углу – старый советский шкаф модели «гроб трехстворчатый», а у окна – обшарпанный деревянный стол. Круглый. Скатерти на столе не наблюдалось, зато наблюдался здоровенный дымчато-серый гладкошерстный кот, определенно беспородный, но вполне упитанный и гладкий. Кот развалился на столе явно с полным осознанием своего права здесь находиться, так что усомниться в этом самом праве никому не пришло бы и в голову.

Ах да, еще из мебели наличествовала большая пустая кастрюля, стоявшая отчего-то на полу у входной двери. Я машинально наклонилась и подняла кастрюлю. Из-под кастрюли неторопливо вышел и направился куда-то в сторону стола крупный рыжий таракан. И я могла бы поклясться по его телодвижениям, что он был крайне мною недоволен.

– Вот! – как-то даже торжествующе повторил агент. Похоже, на его взгляд, таракан должен был стать самым неоспоримым аргументом в пользу его правоты относительно «неженственности» квартиры.

Я в задумчивости прошлась по комнате, выглянула в окно. В целом ничего ужасающего или катастрофичного с моей точки зрения я пока в этой квартире не видела и даже испытывала в связи с этим некоторое разочарование. А недостаток мебели – это, на мой взгляд, скорее достоинство: терпеть не могу захламленных помещений. Остановившись у стола, рассеянно почесала кота за ухом. Кот посмотрела на меня снисходительно.

– Это Паша, – счел необходимым пояснить агент. – Коммунальный кот.

В этот момент дверь слегка приоткрылась, и в нее заглянул… судя по линялой футболке с надписью «No pasaran» и джинсовым шортам, давешний поджигатель. Уже без сковородки.

Юноша оказался печален и худ до неимоверности. Хотелось смотреть в его влажные глаза, гладить мягкие русые волосы и кормить, кормить…

Наверное, оттого-то я как-то сразу и догадалась, что это моя судьба.

– Здравствуйте! – дверь открылась пошире, и обладатель вихрастой прически и печальных глаз нерешительно в нее заглянул. – А вы новая соседка?

– Может быть, – я заинтересованно его разглядывала.

– А Витя здесь ничего не оставил, да? – он обвел взглядом комнату, отдельно остановившись на коте и кастрюле, и разочарованно вздохнул, опустив плечи. – Ясно… все-таки спер мою энциклопедию. Вот вечно так. На неделю, на неделю… А стоит уехать к родителям на пару дней, возвращаешься – и ни соседа тебе, ни энциклопедии.

– Зато у вас теперь есть соседка, – жизнерадостно утешила его я. Для себя я уже все решила к этому моменту, и оставалось только уладить кое-какие формальности. Так что я обернулась к агенту и сообщила, – готова оплатить задаток и подписать договор.

Агент был ошарашен донельзя, ведь он был уверен, что напрасно теряет время со мной, показывая эту квартиру. А пока он поспешно, чтобы я не успела передумать, извлекал из портфеля какие-то бумаги, мой новый сосед, снова тяжко вздохнув, развернулся и собрался уходить. Но напоследок все-таки обернулся.

– Вы, если что, заходите. Соль там или еще что понадобится… Я Володя, через стенку от вас живу. Я в меде учусь, а вы?

– Ага, – радостно кивнула я. – А я на истфаке. Я Славка. И за энциклопедиями я тоже уже знаю, куда обращаться. Ну и… за жареной картошкой… или что это должно было быть?

– Уже неважно, – мрачно мотнул головой Володя. – Кстати… – он наконец глянул на меня заинтересованно, – а вы готовить случайно не умеете?

– А то! – я уже подписывала, не глядя, договор аренды, расторопно подсунутый под руку агентом.

– Так это же здорово! Понимаете, я тут к родителям на выходные съездил. А они мне нагрузили… картошки всякой, курицу еще целую… лучше б консервов дали.

– То есть ты приглашаешь меня на ужин с готовкой? – я решила, что со своим братом-студентом можно уже переходить на «ты».

– Да! – поспешно закивал он. – Если ты эту курицу… если сможешь ее приготовить, я тебе… да я…