Его тело одновременно сильное и гибкое, теплое и холодное. Оно твердое и не позволяет мне вырваться, чему я почему-то очень рада; оно манит меня. Весь Дэр соткан из угловатости и крепких мышц, силы и изящества.
Он скользит рядом со мной, его руки, его бедра.
Его пальцы гладят мою кожу, создавая между нами напряжение даже здесь, под водой.
Я почти горю.
Тепло разливается от моих рук к ногам, а затем к низу живота.
Все поглощает это адское пламя, и вдруг ко мне приходит осознание, что он единственный, кто может вытянуть меня на поверхность.
Вместе мы выплываем наружу, наши тела все еще сплетены воедино. Мы вырываемся сквозь толщу воды, и я с жадностью хватаю воздух ртом, а Дэр внимательно вглядывается в мои глаза.
Между нами все еще есть напряжение, но я не чувствую негатива. Это то, что прожигает тебя изнутри, то, что отравляет, и в то же время, попробовав это однажды, ты будешь жаждать этого всю оставшуюся жизнь.
Я совсем забыла о намерении быть осторожной.
Все, что я могу вспомнить, все, на чем могу сконцентрироваться, – так это на том, насколько живой я чувствую себя рядом с Дэром Дюбрэйем в данный момент. Я всегда это чувствовала рядом с ним.
Для девочки, которая всю свою жизнь была окружена смертью со всех сторон, это значит очень много.
– Я немного боюсь тебя, – честно отвечаю я, ощущая руки Дэра на своем теле.
Наши ноги, плавно движущиеся под водой, слегка касаются друг друга, сладкий спазм сковывает низ моего живота.
Жарко.
Жарко.
Совсем жарко.
Дэр улыбается мне, но в этой улыбке нет ни капли иронии.
– Это хорошо.
– Почему?
Из-за своей честности я кажусь почти невинной, но я никогда не умела играть в эти игры. У меня нет никакого опыта общения с противоположным полом.
– Потому что это помогает тебе чувствовать что-то.
Теперь мне снова кажется, что он давит на меня. Дэр отводит взгляд в сторону. Мне кажется, он хочет сказать что-то, эти слова уселись в нетерпении на кончике его языка, но он сглатывает их.
– Что ты хотел мне сказать? – мягко спрашиваю я. – Поделись со мной.
Готова поклясться, он хочет мне все рассказать. Тайна пожирает его изнутри. Он хочет быть нормальным, просто играет какую-то странную роль.
Я не знаю, что заставляет меня чувствовать такую уверенность. Просто эта информация лежит где-то там, в глубине меня, в области моего сердца.
– Ты не обязан быть тем, кем ты по сути не являешься, – тихо бормочу я.
Его темные глаза фокусируются на моем лице, и он отстраняется, убирая руки. Что-то меняется в его взгляде, словно Дэр пытается закрыться от меня, нечто неуловимое, что может в любую секунду положить конец нашему перемирию.
– Почему ты думаешь, что я пытаюсь быть тем, кем я не являюсь на самом деле? – бросает он.
Что-то в моих словах задело его, и я замолкаю, потому что не знаю, что ответить.
– Я никогда не пытался быть кем-то другим, кроме самого себя, Калла, – холодно говорит он, выходя из воды, – я стараюсь быть тем, кто был бы нужен тебе. Мы оба пережили тяжелую утрату. Только ты со своей не можешь справиться.