Девушка положила ладонь на лоб малыша, и её пальцы слегка заискрились. Затем, не тратя более драгоценное время, она поместила его в дупло. Ребёнок закрыл глаза и погрузился в глубокий сон.
— Какой план? — нахмурилась девушка. — Мы не сможем проникнуть в наши комнаты!..
— Сможем, если прямо сейчас мы вдвоём попадёмся на глаза Эклипсам. — Эрик процедил это через зубы. Ему и самому идея была отвратительна. А особенно, если учесть, что Нейт будет припоминать это до гробовой доски. — Как бы… как пара, которая решила устроить свидание ночью? Гормоны там…
Новая пощёчина оказалась сильнее предыдущей.
«Поверить в двух влюблённых подростков, гуляющих под луной, намного легче, чем в попытку поднятия революции прямо в Академии», — напомнил себе Эрик.
====== Глава I. Запертый в стенах. ======
— Кали, Парвати! — Голос Учителя каждый раз разорялся, словно гром посреди синего неба. Даже когда казалось, что Академия влила в кровь все противоядия от творящейся здесь жестокости, именно рявканье старших вновь и вновь заставляло дрожать, как первокурсник перед первой тренировочной пыткой. — В центр!
Утреннее солнце только едва-едва выползло из-под линии горизонта алой полоской. Птицы пока что не думали о победных гимнах, некоторые ученики продолжали видеть кошмары, подаренные адскими чёрными стенами учреждения, поэтому уши резали лишь мелодичные звоны тишины.
Эрик издал протяжный стон, чувствуя, как кто-то из товарищей дружелюбно похлопал его по плечу. Весь прошедший день он трудился в поте лица на подготовительных курсах, а потом вновь пробирался в подземелье для встречи с Анджелой. Круги под глазами и полностью убитое выражение лица свидетельствовали об отсутствии отдыха. Всего два часа сна — новая тренировка с самой сильной соперницей.
Нейт уже ожидала его в центре поля, игриво крутя в руках один из своих любимых ножей. Наверное, тот самый, который ей подарил отец на девятнадцатилетние. Хотя, кто его знает — они все сверкали на солнце одним и тем же цветом. Эрик оценивающе рассматривал девушку, на чьём лице не читалось ничего, кроме глубокого безразличия. Нейт знала все его тактики, почти никогда не давала поблажки, но всё же изредка она ошибалась. Прямо как сейчас: в васильковых глазах на секунду сверкнул неподдельный азарт.
«Ну, это будет захватывающий поединок!» — мысленно вздохнул Эрик, рисуя в голове картину своего грандиозного поражения. Наверняка на фоне собранных курсантов он выглядел намного хуже мертвеца. А особенно на фоне дочери правителя.
Не дожидаясь, пока соперник вытащит своё оружие, Нейт бросилась вперёд. Молниеносна, беспощадна — она всегда была такой, никогда не сомневавшаяся в правильности своих поступков. Если отец скажет, что какое-нибудь дело будет идти на благо Империи, она сделает его чисто, будь то казнь своих же друзей или массовое убийство невинных. Её лицо никогда не исказит гримаса искренней боли, только наигранной. Эти качества позволили ей занять место самых лучших курсантов Академии.
Нейт яростно закричала, когда Эрик проворно увернулся от выпада. Он знал девушку с семи лет, в частности её ненависть к надобности церемониться с врагом. Ожидать такого подлого удара — не ново для юноши. Всегда, после восхищения каждому точному удару Нейт, в Эрике просыпалась ярость. За этой грацией, умением правильно распоряжаться гневом и направлять его в правильное русло для атаки скрывалась будущая императрица. А значит, новая угроза для восставших Фениксов. Анджела ни за что не упустит возможности, пользуясь своим сыном, убить её. Только от мысли, что скоро его подруга станет чудовищем, у Эрика вскипала кровь.
Юноша кинулся со спины на Нейт, но та, нутром почувствовав опасность, подставила клинок под удар. Собственная сила откинула Эрика на несколько метров. Пока он вставал на ноги, Нейт прыгнула на него — высоко и грациозно, словно дикая кошка — и Эрик с трудом успел перекатиться через бок. Её кинжал с оглушительным звоном ударил по полу. Юноша вскочил и бросился на девушку.
Их обоих охватило безумие битвы. Эрик почти не думал, куда правильнее было сделать удар — его тело двигалось само по себе, словно в вальсе. Раз-два-три — удар, прыжок в сторону, раз-два-три — перекат, удар со спины. «Твой стук сердца — это музыка, в такт которой ты нападаешь». Мышцы готовились разорваться на части, тело будто пылало в огне, но Нейт и не думала останавливаться, чтобы признать поражение, хотя преимущество сразу стало заметным. Она ожидала его ошибки. Он ожидал, что её гордость заглушится на фоне усталости и боли.
Нейт всегда получает то, чего желает. И не потому, что она являлась дочерью Императора. Она добивалась всего своим трудом, невзирая на утраты, как бы далеко это ни зашло.
В глазах на миг поплыло из-за недосыпа, из-за чего Эрик неправильно рассчитал расстояние между собой и соперницей. Удар прошёлся всего в нескольких сантиметрах от девушки, но этого ей было вполне достаточно, чтобы сделать решающую атаку.
Юноша повалился на ледяной пол. Изнеможённый, он уже не мог встать. «Всё бы отдал, чтобы уснуть прямо здесь», — пронеслось беспорядочным вихрем в мыслях. Даже внятно прохрипеть несколько слов казалось для Эрика невыполнимой задачей.
— Нейт Парвати побеждает, — угрюмо брякнул Учитель, беспощадным взором всматриваясь в толпу старшекурсников. Некоторые поёжились под его пристальным взглядом. — Отвратительно, Кали.
Нейт незаметно убрала оружие обратно за ремень. Рассветное солнце окрашивало её золотые волосы, заплетённые в высокий пучок, заливая их огненным блеском. Эрик не впервой смотрел на неё снизу вверх, как и она неоднократно на него на подобных тренировках. В Академии словно были под запретом яркие цвета: чёрная униформа, серые лица, безжизненный камень, заложенный в основу учреждения. Поэтому цвет волос девушки ослеплял каждого. Одна из немногих девушек-курсанток, выживших в стенах Академии. А такое явление отнюдь не часто, как хотелось бы.
Эрик на миг оглядел подругу. Униформа обтягивала стройное тело девушки, подчёркивая каждый изгиб, каждый мускул на теле. Наверное, единственный человек, чью внешность не портили ни суровые дни в Академии, ни многочисленные шрамы. И это замечал не только Эрик. Каждый старшекурсник бросал на неё плотоядный взгляд.
— Эрик! — прошипела Нейт, и юноша вздрогнул. Лишь сейчас он осознал, что смотрел на неё далеко не миг, даже не секунду, как хотел.
Девушка протянула руку, хотя её лицо пылало от ярости. Мысленно юноша поблагодарил её, поскольку был уверен, что встать самостоятельно точно бы не смог. С трудом поднявшись на ноги, Эрик оглянулся на товарищей. Под натиском Учителя никто даже не заметил его оплошности.
— Иди в лазарет, — шепнула Нейт на ухо.
Эрик изумлённо поднял брови.
— Ты не заметил, как я порезала твоё плечо? — настало время удивляться девушке.
— Извини, я был немного занят мыслями о своей победе, — Эрик горделиво запрокинул голову. Нейт хихикнула.
Юноша сделал шаг в сторону. Как же сейчас он мечтал о сне! Иногда он хотел бросить Анджелу, рассказать обо всём директору. «Если вы владеете полезной информацией, касаемой восстания фениксов, то получите награду», — зазывали в Академии. И если Учителя делали поблажки во время тренировок тем, кто выдавал в мелких прегрешениях рабов-фениксов, то что будет, когда Эрик выдаст саму Анджелу — женщину, нанёсшую немаленький урон по гордости и ресурсам Империи? Часто он хотел сам получить ответ на мучавший вопрос. Анджела не редко пользовалась возможностями, давая задания всё сложнее и сложнее. «А ведь это ты должна преклонить колено, а не я перед тобой!» — хотел огрызнуться юноша.
— Иди, я скажу Учителю, — протараторила Нейт. Не дожидаясь ответа, девушка растворилась в толпе старшекурсников.
Эрик поспешил прочь, когда понял, что терзающие мысли прорезаются в мозгу, словно сорняки. Почему Нейт, всегда мстительная, всегда беспощадная, всегда подмечающая детали, будто забыла то мгновение, когда в нём вспыхнула страсть? В последнее время Эрик ловил себя на мысли, что он смотрел на неё дольше, чем надо, и в такие моменты сердце отчего-то билось яростнее. Девушка вела себя так, как вела все эти двенадцать лет, проведённые в Академии, однако создавалось впечатление, что она цвела ярче с каждым днём. Раньше она боялась выходить вечером из комнаты даже в столовую, потому что по учреждению ходили старшекурсники, мечтающие утолить свои страсти. А теперь они сами достигли последнего курса, и всего через месяц Эрик сбежит отсюда с Аластором навсегда. Но даже спустя столько времени в юноше осталась прежняя привычка — спрашивать что-либо у Нейт перед тем, как идти на ужин. «Я уже немаленькая! — постоянно слышал он и мигом заливался краской. — От кого ты защищаешь меня? Я могу сама кого угодно убить на месте!» В груди Эрика ужальнуло. А ведь он не сможет пережить расставание с подругой.