— Эрик Кали, — поприветствовал мужчина, сидевший во главе стола. Наверное, тот самый генерал Деметр, о котором предупреждал император. — Я немного удивлён, что Вы…
— Ветустус горит в огне, его жителям нужна срочная помощь, а вы чему-то удивляетесь? — изумлённо поднял брови Эрик. — Я лично видел, как наш народ гибнет в огне, почему никто не спешит помогать им?
Воцарилось немое молчание. Пользуясь недоумением, Эрик вышел в центр, чтобы все могли увидеть его. Сзади развевался плащ с символом Империи — явный знак того, что перед ними стоит лицо, представляющее императора. Как бы ни возмущались главы семейств, но они не имели и доли его власти.
— Вообще-то, мы все ожидали увидеть здесь императора.
При звуке этого ледяного голоса, разливающегося разбитым стеклом, по спине Эрика побежали мурашки. Перед тем, как отправится сюда, отец Нейт Парвати, заявил: «Мы зовём её Ледяной Демонессой. Людмила Лаврова — наш самый главный противник. И самое главное, за ней готово пойти большинство глав семейств. Они видят императрицу больше в ней, чем во мне или Нейт. Разберись с ней». Последние слова были приказом, хотя звучали они, как дружеский совет. И если раньше Эрик видел её вдалеке, то сейчас, вблизи, она казалась ещё более чудовищной. Любой человек мог распознать за её белым, как снег, лицом и проницаемыми глазами спящего тигра, готовившегося к атаке.
Людмила Лаврова встала со стола и обошла его. Стук каблуков громом отдавался в загробном затишье. Многие смотрели на неё с уважением, с трепетом.
— Такие дела должны решать более опытные люди, мальчик, — язвительно прошипела женщина. — Император заявил, что он лично явится сюда. Неужели он обманул нас?
— Ему стало плохо, поэтому он велел мне ехать одному, — холодно процедил Эрик. Ложь давалась ему как нельзя хорошо. Неудивительно — столько лет, проведённых в Академии. — Поэтому разбираюсь я. Генерал Деметр, почему по дороге сюда я — и мои телохранители — стали свидетелями вашей халатности? Почему никто не помогает раненым?
— На данный момент значительная часть силы уходит на укрепление обороны Ветустуса, — сухо ответил мужчина, накручивая на палец ус. — Мы решили, что будет лучше, если мы направим силы на укрепление остальных городов. Кто знает, куда будет нанесён следующий урон?
— А остальные свободные руки пошли собирать рабов? Я заметил, как вместо того, чтобы устранять последствия неожиданной атаки, Эклипсы шли издеваться над Фениксами…
— Они могли бежать из города и присоединиться к восставшим, — прервала Людмила Лаврова. Она говорила с Эриком так, словно тот оставался несмышлёным кадетом — так же чётко, разделяя каждое слово. — Тогда у мятежников будет больше сил, и мы не сможем отбить…
— Разве в Академии не учат сражаться сразу с несколькими воинами? При всём желании, Фениксы имеют ничтожную силу. Да, чёрт возьми, даже если у них откуда-то возьмётся численность, мы обучены более хорошо! А прямо сейчас под обвалами умирает будущее Империи.
Некоторое время никто ничего не говорил. Все пожирали взглядом будущего императора, оценивая его. «Будь осторожен, — сказал отец Нейт. — Людмила чертовски умна. Наверняка, как только ты войдёшь в зал, ты станешь частью её игры. Лавровы хотят власти. Разберись с этим!»
— Каждую минуту умирает ребёнок, в будущем который мог бы стать прекрасным Эклипсом, — продолжил Эрик. — Сейчас вы сами придумали себе несуществующие проблемы. Мы должны задуматься о будущем.
— Но эта проблема только на юге города! — вмешался генерал Квирин.
— Тогда позвольте спросить, где ваши семьи? Как я помню, у многих поместья находятся как раз на юге Ветустуса. Или память изменяет мне?
Тишина стала прекрасным ответом. Многие опустили головы.
— На кону вопрос нашего будущего, — вновь заговорил Эрик. — Мы должны эвакуировать население и предоставить им хотя бы временные жилища. А для этого нам придётся забыть об укреплении обороны.
Нет. Нет! Всё слишком легко. Зачем Анджела напала? Зачем?! Что она хотела этим сказать? Она либо чего-то испугалась, либо это часть её плана. Раньше Империя не знала о мятежниках, а если и знала, то никто не воспринимал их всерьёз. Все считали, что их численность ничтожно мала. Даже Эрик так считал. Но теперь выяснилось, что за Матерью Кали идёт целое толпище разъярённых Фениксов. Из-за этого поступка вся Империя в курсе опасности мятежников. И ради чего? Чтобы нанести незначительный, для пути к своему освобождению, ущерб. Анджела могла запросто продолжить собирать силы, и тогда был бы настоящий риск новой революции. Но она пошла иным путём.
Зачем? Она сошла с ума из-за предательства сына?
Эрик не сводил взгляда с Людмилы Лавровы. На миг ему показалось, что она ухмыльнулась. Когда будущий император встряхнул головой, её лицо вновь покрылось холодом. Показалось? Или…
«Наверняка, как только ты войдёшь в зал, ты станешь частью её игры. Лавровы хотят власти. Разберись с этим!»
Но откуда здесь могла взяться ловушка? Людмила не сотрудничает с Анджелой! В любом раскладе Матерь Кали должна была понести потери после такой атаки. Она всегда осторожна. Она не будет нападать сразу же. Сейчас единственная угроза — это мятежники. В чём он мог ошибиться? Никто же больше не будет нападать на город!
— Думаю, пока можно закончить на этом, — объявил Эрик. — Если ни у кого нет претензий.
«Если кто-то в этом зале смеет высказать мне, будущему императору, своё недовольство!» — читалось во взгляде. Претензии имелись у всех, но никто не осмелился высказаться. Отлично.
Эрик развернулся и быстрым шагом направился к выходу. По бокам от дверей его поджидали лейтенанты Гефест и Исимуд. По плану, что придумал Эрик, они обязаны были разнести весть о том, что следующий монарх будет заботиться о плебеях. Они и не подозревали, что играли ключевую роль в его уловке. Его телохранители слышали отчётливо каждое слово, они просто не могут не рассказать своим семьям о случившемся. И тогда весть разнесётся по всей Империи среди плебеев, как пожар. Эрик заручится их поддержкой и сможет выступить против Людмилы. Это просто вопрос времени.
Но странные действия Матери Кали не покидали мысли. Что она задумала?
— В следующий раз, патриции, если вы посмеете перебить меня, я лично отрублю вашу голову с плеч, — не оборачиваясь, сказал Эрик, потянувшись к рукояти клеймора. — Вас это тоже касается, Людмила Лаврова. Кажется, вы забыли, кто стоит перед вами.
Не дожидаясь ответа, Эрик начал спускаться по лестнице обратно к лошадям. Телохранители тенью последовали за ним.
— Скажите сержанту Карпосу, чтобы мне подготовили комнату на ночь в их имении, — на ходу бросил будущий император.