— Что еще? — спросила она.
— Освободи всех несчастных, что были на арене.
Татрикс отступила назад.
— Всех, — воскликнул я, — или рынок в Аре.
Голова ее опустилась.
— Хорошо, воин, я освобожу их.
— Тебе можно верить?
— Да, — сказала она, не встречаясь со мной взглядом. — Я даю слово татрикс Тарны.
Я думал, можно ли верить ей? Но все равно, выбора у меня не было.
— Мои друзья, — сказал я, — Линна из Тарны и Андреас из Тора.
Татрикс посмотрела на меня.
— Но, — сказала она недоверчиво, — они же любят друг друга.
— И, тем не менее, освободи их.
— Она — падшая женщина, а он — член касты, запрещенной в Тарне.
Я настаивал.
— Хорошо, — сказала наконец татрикс, — я освобожу их.
— Мне нужно оружие и седло.
— Ты получишь их.
В этот момент тень тарна закрыла небо и, хлопая крыльями, огромная птица опустилась на выступ. В когтях она держала большой окровавленный кусок мяса, оторванный от туши животного. Тарн бросил кусок к моим ногам.
Я не двинулся. Мне вовсе не хотелось сражаться за добычу с громадной птицей. Но тарн не набросился на мясо. Я понял, что он поел где-то внизу. Взгляд, брошенный на его клюв, подтвердил мое предположение. На выступе не было ни гнезда, ни самки, ни голодных птенцов. Огромный клюв бросил это мясо к моим ногам.
Это был его дар.
Я с чувством похлопал тарна и сказал:
— Спасибо тебе, Убар Небес.
Я наклонился, взял мясо и вонзил в него свои зубы. Я заметил, что татрикс содрогнулась при этом, но я был голоден, а приготовить его было негде, да и некогда. Я предложил кусок татрикс, но ее чуть не стошнило, и я не стал настаивать.
Пока я ел, татрикс стояла у скалы и смотрела на долину, покрытую желтыми цветами. Они были прекрасны и их тонкий запах ощущался даже здесь. Татрикс придерживала обрывки мантии и смотрела на это желтое море, которое волновалось на ветру. Она выглядела такой одинокой и печальной.
— Цветы, — сказала она сама себе.
Я согнулся над куском мяса. Мои челюсти безостановочно работали, пережевывая его.
— Что женщина Тарны может знать об этих цветах? — спросил я.
Она отвернулась, не ответив.
Когда я поел, она сказала: