— Это по-человечески, — ответил Ба-Та.
— Глупо, — заметил Миск.
— Но по-человечески, — повторил Ба-Та.
— Да, глупо, — снова сказал Миск, и антенны его согнулись, но потом он мягко коснулся ими плеча Ба-Та, желая показать, что не хотел его обидеть.
— А что нужно? — спросил я.
— Я не инженер, — ответил Ал-Ка. — Не знаю. — Он посмотрел ан меня. — Но это имеет какое-то отношение к силам ура.
— Эта тайна хорошо охранялась царями-жрецами, — сказал Ба-Та.
Миск задумчиво поднял антенны.
— У нас есть деструктор ура, который я соорудил в ходе войны, — послышалось из его переводчика. Они с Куском быстро соприкоснулись антеннами и мгновение держали их вместе. Потом разъединили. — Компоненты деструктора можно переналадить, — продолжал Миск, — но маловероятно, чтобы силовая петля замкнулась удовлетворительно.
— Почему? — спросил я.
— Во-первых, — сказал Миск, — энергетическая установка, сооруженная мулами, вероятно, чрезвычайно неэффективна; во-вторых, она сооружалась из частей, которые крали много столетий, и поэтому вряд ли их удастся совместить с частями деструктора.
— Да, — согласился Куск, и его антенны угнетенно обвисли, — вероятность не в нашу пользу.
Огромный камень упал с крыши и, как большой резиновый мяч, проскакал мимо нас. Вика закричала и теснее прижалась ко мне. Миск и Куск больше, чем когда-либо, начали раздражать меня.
— Есть ли хоть какой-нибудь шанс? — спросил я у Миска.
— Может быть, — ответил Миск, — потому что я сам не видел их установку.
— Но по теории вероятности, — подхватил Куск, — шансов нет.
— Шанс есть, но исключительно малый, — размышлял Миск, расчесывая чувствительные волоски.
— Согласен, — признал Куск.
Я схватил Миска, чтобы остановить это бесконечное расчесывание.
— Если есть хоть какой-то шанс, — закричал я, — нужно попробовать!
Миск посмотрел на меня, и его антенны удивленно приподнялись.
— Я царь-жрец, — сказал он. — Вероятность такова, что царь-жрец, как разумное существо, за это не возьмется.
— Но ты должен взяться! — закричал я.
Еще один камень упал в ста ярдах от нас и проскакал мимо.
— Я хочу умереть с достоинством, — сказал Миск, мягко отбирая у меня переднюю конечность и возобновляя расчесывание. — Царю-жрецу не полагается суетиться, как человеку, бороться, когда нет никакой надежды на успех.
— Если не ради тебя самого, — сказал я, — то ради людей — в рое и за его пределами. У нас единственная надежда на вас.
Миск перестал расчесывать волоски и посмотрел на меня.
— Ты этого хочешь, Тарл Кабот? — спросил он.
— Да, — ответил я.
А Куск посмотрел на Ал-Ка и Ба-Та.