— О чем ты?
Она рассмеялась.
— Грибы, только подумать!
— Когда привыкнешь, не так уж и плохо, но, конечно, не самая лучшая еда.
Она покачала головой.
— Пожалуйста, Кабот, ты уже достаточно пошутил. — Она улыбнулась. — Пожалей — если не Вику из Трева, то твою бедную рабыню.
— Я не шучу.
Она мне не верила.
Я проверил трубку с пилюлями и поступление воды.
— В рое нет той роскоши, что была в твоей комнате, — сказал я, — но вполне достаточно для жизни.
— Кабот, — смеялась она, — пожалуйста!
Я повернулся к служителю.
— Каждый вечер давать ей двойную порцию соли.
— Хорошо, — согласился он.
— Ты объяснишь ей, как тут моются?
— Конечно, — ответил он, — и как упражняться.
— Упражняться?
— Да, в таком замкнутом помещении очень важно упражняться.
— Конечно, — согласился я.
Вика подошла сзади и обняла меня. Поцеловала в шею. Негромко рассмеялась.
— Ты достаточно пошутил, Кабот, — сказала она, — теперь давай уйдем из этого места. Оно мне не нравится.
В клетке не было алого мха, но был у стены соломенный матрац. Лучше того, что в ее комнате.
Я в последний раз осмотрел клетку: учитывая обстоятельства, все вполне подходит.
Я пошел к выходу, и Вика, держа меня за руку, улыбаясь и глядя мне в глаза, пошла со мной.
Я выхода я остановился, и, когда она сделала попытку выйти, задержал ее.
— Нет, — сказал я, — ты останешься здесь.
— Ты шутишь.
— Нет, не шучу.
— Шутишь! — рассмеялась она, вцепившись мне в руку.
— Отпусти мою руку, — сказал я.