— Разве, Лена, — сурово вопрошала леди Сабина, — не учила я тебя хорошим манерам? Разве не наставляла, как себя вести? Я тебе доверяла! Как же ты могла обмануть меня?
— Прости, госпожа! — повторяла несчастная.
— Ты не какая-нибудь шлюха, что пагу подает, — не унималась леди Сабина. — Ты — служанка свободной женщины.
— Да, госпожа, — кивнула девушка.
— Разве не подаю я тебе пример элегантности, достойного поведения, самоуважения?
— Да, госпожа.
— Тебе было двенадцать, когда мой отец выкупил тебя с плантаций Ара и подарил мне.
— Да, госпожа.
— С тобой хорошо обращались. На кухню не послали. Надсмотрщикам не отдали. Взяли в дом. Позволяли спать в моей комнате, у меня в ногах. Воспитывали, не жалея сил, готовили в служанки для благородной дамы.
— Да, госпожа.
— Разве для шлюхи-рабыни это не честь?
— Да, госпожа.
— И вот чем ты мне отплатила, — мрачно заключила леди Сабина.
Девушку била дрожь. Она не смела отвечать, не смела поднять голову.
— Черной неблагодарностью!
— О, нет! — вскричала рабыня. — Лена благодарна! Лена так благодарна госпоже!
— Разве не была я добра к тебе? — допытывалась леди Сабина.
— О, да, госпожа!
— А ты, как грошовая шлюха, с солдатней тискаешься!
— Прости рабыню, госпожа! — униженно молила девушка.
— Часто я тебя секу? — спросила леди Сабина.
— Нет! — закричала Лена. — Нет!
— Считаешь меня слабой?
— Нет, госпожа, ты добрая, но не слабая!
— Проси, — повелела леди Сабина.
— Прошу, высеки меня, — проговорила рабыня.
Главный воин, .тот, что с мечом на плече на крики выскочил из шатра, повернулся к солдату, с которым застали девушку.
— Раздень ее и свяжи, — кивком указав на перепуганную рабыню, приказал он.
Обозленный солдат сорвал с несчастной одежду, обрывком шнура привязал ей, коленопреклоненной, руки к спице колеса.
— Такая дрянь, как ты, — объявила леди Сабина, — только на то и годится, чтобы в таверне пагу разносить.