– Моя последняя авторская колонка о Человеке-пауке... была отредактирована!
Питер встал, ускользнув от намечавшейся драки и одними губами высказав Робертсону слова поддержки, и вышел из офиса. Лающий голос Джеймсона звенел у него в ушах. Паркер направился к одному конкретному столу в дальнем конце шумной, занятой редакции.
Сидевшая за ним женщина подняла взгляд и слабо улыбнулась:
– Могу я вам чем-то помочь?
– Да, – ответил Питер, – я хочу разместить материал в разделе частных объявлений.
Взяв форму и карандаш, женщина приготовилась записывать:
– Давайте, сэр. Что вы хотите написать?
Питер задумался на мгновение, прежде чем продиктовать свою записку:
«Доктору... Цефало16: если вы увидите эту записку, прошу вас расценивать ее как официальное уведомление, что начиная с этого момента я покидаю вашу организацию. Я очень ценю предложенную мне вакансию, но обнаружил, что не могу должным образом выполнять свои обязанности. Искренне ваш ПП».
Уходя, Питер знал, что вероятность того, что это объявление прочитает тот, к кому оно было обращено, крайне мала... но так он чувствовал себя лучше. Может, это и было старомодное и формальное уведомление об увольнении, но он был воспитанником своих дяди и тети и не собирался уйти восвояси, хотя бы не попытавшись уведомить своего начальника, пусть даже этим начальником был суперзлодей.
* * *
Несколько раз основательно постучав в дверь квартиры Мэри Джейн, он сделал шаг назад. Спустя несколько секунд она открыла.
– Это не цветы с конфетами, Тигр.
Питер взглянул на свою руку, в которой держал скрепленные вместе листы бумаги и несколько разноцветных ручек.
– Нет, это не они. Но, возможно, это даже лучше.
Он наслаждался видом стоящей в дверях рыжеволосой девушки, одетой в шорты и старую выцветшую футболку, босоногой и не накрашенной. Она выглядела прекраснее, чем когда-либо.
– Ах, это же неуловимая и редкая Мэрикус Джейникус Уотсония в своей естественной среде обитания. Позволь мне достать камеру, чтобы запечатлеть этот момент... Эй, это что, футболка с Человеком-пауком?
– Заходи, – фыркнула она и затащила его внутрь квартиры. – Где ты был?
Питер упорно разглядывал кроссовки.
– Ты мне поверишь, если я...
– Нет, – твердо сказала Мэри Джейн, толкая друга на диван. Она уселась рядом и положила руку ему на плечо. – Я уже начала представлять себе все самые жуткие вещи, которые по какой-либо причине могли с тобой произойти, так что я просто рада, что ты здесь.
– Как и я, – ответил он. – Мой доктор сказал мне, что в последнее время я потреблял слишком мало рыжеволосой красоты, поэтому...
Их губы встретились, нежно, неуверенно. Мэри Джейн отстранилась и взглянула ему в глаза с серьезным выражением лица, словно была ученым, изучающим важную проблему.
– Питер, я так сожалею, что мы тогда поругались.
– Я тоже, Эм-Джей, но...
– Но у нас с тобой и дальше будут ссоры, – перебила его она, – и разногласия. Мы не всегда будем одинаково смотреть на вещи.
Он застенчиво улыбнулся.
– Именно это я и собирался сказать.
Мэри Джейн изогнула бровь.
– Правда?