Его лицо снова посерьезнело, словно внутри Дока переключили рубильник.
– Нет, никакой реабилитации. Мне еще многое нужно успеть, и мой ум нужен мне самому. Я намерен продолжить работу, направленную на поддержание моего разума острым и сфокусированным. Я был глупцом, что вообще надеялся изменить это. Я должен быть один. Как ты и все остальные сказали, я плохо играю в команде.
Он наклонился вперед.
– Слушай сюда, друг мой, вот кто мы такие на самом деле! Вот наши истинные личности! Я в своем превосходстве, ты в своем кричащем костюме и со своими возвышенными идеалами... Мы противоположные силы природы. Нет никакой золотой середины. Ты не сможешь это изменить.
Откинувшись назад, он уставился в море.
– Люди вроде меня не меняются. Я наслаждаюсь своей силой.
Энгстром пошевелился, тихо застонал, прерывисто дыша. Паук наклонился проверить его состояние, повернувшись к Октавиусу спиной.
– Но, знаешь, Док, с большой силой приходит большая отв...
Тихий всплеск заставил его обернуться, и тут Паук увидел, что они с молодым агентом ЩИТа остались единственными пассажирами капсулы.
– Ой-ой, – сказал он, покосившись на кристально чистое небо и передатчик, который, как надеялся Паук, сейчас передавал их местоположение. – Надеюсь, наша карета скоро прибудет...
* * *
– Пит! Где ты пропадал последние несколько дней? – Робби Робертсон затолкал Питера Паркера в свой кабинет и захлопнул за собой дверь, значительно приглушив звуки бурлящего улья, который напоминала редакция «Дейли Бьюгл» сегодня днем.
– То тут, то там, – ответил Питер. – Ты же знаешь, как с нами, богатыми путешественниками, бывает: вчера – ограбление банка, а завтра ты уже забираешься на Эверест...
Главный редактор широко улыбнулся и жестом предложил усесться в кресло.
– Ну и что же я могу для тебя сделать сегодня, о усталый путешественник?
Сев, юноша наградил босса смущенной улыбкой.
– Мне нужно вернуться к работе над той статьей, Робби, об Отто Октавиусе.
– О Докторе Осьминоге? – Мужчина посмотрел недоверчиво. – Я думал, ты просто... Прости, Пит, но я подумал, ты ведь запорол все сроки и...
– Нет-нет, я просто был занят. Я действительно хочу написать эту статью, пытаюсь это сделать. Мне может помочь Бен Урих...
Робертсон переложил на столе несколько бумаг.
– Конечно, конечно, но прямо сейчас он на задании, хотя, может быть...
Питер прочистил горло.
– Слушай, нет проблем. На самом деле, мне кажется, я знаю кое-кого, кто может мне помочь: один хороший друг.
– Отлично! – воскликнул Робертсон. – Давай тогда сделаем это. Я действительно очень рад, что ты хочешь этим заняться. Я боялся, что мы, э-э-э, заставили тебя почувствовать себя некомфортно, когда впервые предложили эту затею.
– Нет! – поспешно возразил Питер. – Я хотел написать этот материал, но вынужден был сначала позаботиться о нескольких вещах. Но теперь мое время свободно, и никаких срочных дел не осталось. Мне явно есть что сказать, и я готов приступить прямо сейчас. На этот раз меня ничто не остановит.
Дверь кабинета Робби распахнулась и с громким треском ударилась о стену. Б дверном проеме стояла почти дымящаяся, раздраженная фигура.
– Джо! Какую газету мы здесь с тобой выпускаем?
Главный редактор подмигнул Питеру.
– Ту же, что и всегда, Джона. Нам вечно не хватает людей, и мы всегда пытаемся уложиться в дедлайн... а что? Что сломалось на этот раз?
Джеймсон промаршировал к столу и хлопнул о него стопкой газет.