Десять книг об архитектуре.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

4. Так что тот, кто не хочет, чтобы у него получился такой недостаток, должен, оставляя пустой промежуток между облицовками, выкладывать стены внутри толщиною в два фута, из тесаного красного камня, или из обожженного кирпича, или же из рядов базальта, а лицевые стороны связывать с этой кладкой железными скобами, залитыми свинцом. Так, не грудой, а рядами выложенное сооружение может навеки остаться без порчи, потому что постели камней и швы их, приходясь друг на друге и образуя перевязку, не разопрут сооружения и не дадут обвалиться связанным одна с другой облицовкам.

5. Поэтому не следует пренебрегать кладкою, принятою у греков. Ибо они не применяют кладки из мягкого обтесанного бутового камня, но, отказываясь от тесаных глыб, выкладывают рядами базальт или твердый камень и, так же как при кирпичной кладке, перевязывают швы чередующимися пластами. Так они достигают прочности и долговечности кладки. Делают же они ее двумя способами: один называется исодом, другой - псевдисодом.

6. Исодом называется такой способ, когда все слои кладут одинаковой толщины; псевдисодом - когда слои располагаются неравными и неодинаковыми по толщине рядами. Обе эти кладки устойчивы, во-первых, потому, что самый бутовый камень плотен и прочен и не может вытянуть жидкости из раствора, но сохраняет его в собственной его влаге до глубокой старости, а во-вторых, и самые постели камней, положенных первым делом плашмя и вровень, не допускают разрушения раствора, но, перевязанные по всей сплошной толще стен, держат ее в целости до глубокой старости.

7. Есть еще другая кладка, называемая ενπλεκτον, которой пользуются и у нас в сельских местностях. При такой кладке лицевые стороны выглаживают, а остальные камни кладут с раствором в их природном состоянии и перевязывают чередующимися швами. Но наши каменщики, в погоне за быстротой ставя облицовочные плиты на ребро, заботятся только о лицевых сторонах, а середину набивают мелким щебнем на растворе. Таким образом, эта кладка выводится в три слоя: два лицевых и один средний, набивной. Греки же поступают не так: они кладут плиты плашмя и с ложками чередуют тычки, вставляя их в толщу стены, а середины не набивают, но, начиная с лицевых камней, всю толщу стен скрепляют в сплошное и единое целое. Кроме того, они вставляют через промежутки во всю толщу стены отдельные, с обеих сторон входящие в облицовку, камни, называющиеся у них δατονοι, которые, связывая стены, чрезвычайно укрепляют их прочность.

8. Таким образом, если кто пожелает по этому описанию наметить и выбрать способ кладки, сможет судить о ее долговечности. Ибо не стены, сделанные из мягкого бута и на вид изящные и красивые, - не эти стены не смогут обветшать и развалиться! Поэтому, когда приглашают оценщиков общих стен, они оценивают их не во сколько они обошлись, а, справившись по документам о подряде на них, вычитают из их стоимости по одной восьмидесятой части за каждый истекший год и определяют платеж за эти стены сообразно полученному остатку, на том основании, что они не могут простоять больше восьмидесяти лет.

9. Из стоимости же кирпичных стен, при условии, что они не покосились, ничего не вычитается, а во сколько они в свое время обошлись, во столько всегда и оцениваются. Поэтому в некоторых городах можно видеть и общественные здания, и частные дома, и даже дворцы, построенные из кирпича; такова, прежде всего, в Афинах стена, обращенная к горе Гиметту и Пентелику; в Патрах - кирпичные целлы в храме Юпитера и Геркулеса, хотя архитравы и колонны кругом храма там каменные; в Италии в Аррецие - старинная, превосходно сделанная стена; в Траллах - дом, построенный для царей Атталидов, который теперь всегда отводят тому, кто исполняет должность государственного жреца. А в Лакедемоне из некоторых стен, путем выпиливания кирпичей, была выломана даже живопись, которая была вставлена затем в деревянные рамы и отправлена на Комиций в знак отличия эдилитата Варрона и Мурены.

10. Затем дом Креза, который сардяне использовали под обитель отдохновения для досуга престарелых граждан и под собрания старейшин- герусию. А в Галикарнасе дом могущественнейшего царя Мавзола хотя и разукрашен весь проконесским мрамором, но стены у него выложены из кирпича и до настоящего времени отличаются чрезвычайной прочностью, будучи к тому же отделаны такой гладкой штукатурной работой, что кажутся обладающими прозрачностью стекла. И этот царь сделал так не по недостатку средств, ибо он был завален доходами от податей, как повелитель всей Карий.

11. О проницательности же его и умении располагать здания можно заключить из следующего. Хотя он родился в Миласах, но, обратив внимание на то, что Галикарнас является естественно укрепленным местом, удобной гаванью и выгодным рынком, основал там свою резиденцию. Это место напоминает вогнутый выгиб театра. И вот, в самом низу вдоль порта был устроен форум; на середине же высоты выгиба, на месте кругового прохода, сделана просторная и широкая улица, по середине которой сделан Мавзолей такой превосходной работы, что считается в числе семи чудес света. На вершине крепости, по середине ее, - храм Марса с колоссальной статуей-акролифом, сделанной славной рукой Леохара, хотя одни приписывают ее Леохару, а другие Тимофею. На вершине правого крыла - храм Венеры и Меркурия, у самого источника Салмакиды.

12. Источник этот совершенно напрасно считается заражающим любовной болезнью тех, кто выпьет из него воды. Не мешает, однако, объяснить, ради чего возникло и распространилось по всему свету это заблуждение. Ведь то, что рассказывают, будто от этой воды люди делаются изнеженными и похотливыми, - невозможно: вода его чиста и прозрачна, а вкус ее превосходен. Но дело в том, что когда Мелас и Ареваний сообща вывели в эту местность колонию из Аргоса и Трезены, они прогнали оттуда варварские племена каров и лелегов. Эти же, будучи загнаны в горы, стали собираться в шайки и, делая набеги на окрестности, производили жестокие разбои и опустошения у греков. Спустя некоторое время один из колонистов, из-за прекрасных качеств этого источника, устроил подле него, ради наживы, снабженную всем необходимым таверну и, поведя в ней дело, стал заманивать к себе варваров. И вот они, спускаясь туда по одиночке и встречаясь с обществом, оставили свои грубые и дикие обычаи и по собственному побуждению пришли к обходительности и изяществу греков. Итак, эта вода заслужила свою славу не из-за заразы похотливостью, а благодаря смягчению нрава варваров сладостью общения с людьми.

13. Теперь мне остается, раз уж я пустился описывать этот город, довести свое описание до конца. Итак, храму Венеры и описанному выше источнику на правой стороне соответствует на левом крыле царский дворец, расположенный Мавзолом по собственному его замыслу. По правую руку с него видны форум, гавань и вся окружность городских стен, по левую внизу - особая гавань, скрытая под стенами так, что никто не в состоянии ни увидеть, ни узнать, что в ней делается, тогда как сам царь из своего дворца может в случае нужды, без чьего-либо ведома, командовать гребцами и воинами.

14. И вот, по смерти Мавзола, в царствование супруги его Артемизии, родосцы, негодуя на то, что городами всей Карий правит женщина, снарядили флот и вышли на захват ее царства. Когда это было донесено Артемизии, она приказала укрыться в этой гавани флоту со спрятанными гребцами и заготовленным десантом, а остальным гражданам быть на городской стене. Когда же родосцы со своим оборудованным флотом причалили к берегу в большей гавани, она приказала рукоплескать им со стен и посулить сдачу города. А когда они вошли в ограду, оставив корабли пустыми, то Артемизия через неожиданно для них прорытый канал, вывела по нему свой флот в море из меньшей гавани и таким образом провела его в большую. По высадке же воинов она увела пустой флот родосцев в открытое море. Так родосцы, лишенные возможности отступления, были окружены и перебиты на самом форуме.

15. Тогда Артемизия, посадив на корабли родосцев своих воинов и гребцов, отправилась на Родос. Родосцы же, увидев приближение своих кораблей, увитых лаврами, и подумав, что их сограждане возвращаются победителями, приняли к себе врагов. Тогда Артемизия, взяв Родос и казнив главарей, поставила в городе Родосе трофей своей победы, соорудив две бронзовые статуи, одну - изображающую родосскую общину, а другую - ее самое. И себя она представила выжигающей клейма на родосских гражданах. Впоследствии же родосцы, которым уничтожить трофей препятствовала религия, - так как удаление трофеев после посвящения есть святотатство, - построили вокруг этого места здание под охраною избранного греческого караула, дабы никто не мог туда заглянуть, и отдали приказ называть его αβατον.

16. Итак, раз столь могущественные цари не пренебрегали возведением кирпичных стен, несмотря на то, что им часто возможно было на доходы с податей и от военной добычи иметь их не только из бута или из тесаных глыб, но даже из мрамора, то я не считаю, что следует не одобрять зданий, сделанных из кирпичной кладки, лишь бы они были как следует покрыты. Но почему этот способ кладки не может быть применяем римским народом в Риме, я объясню и не премину указать причины и основания этого.

17. Государственные законы не разрешают, чтобы стены, примыкающие к общему владению, выводились толщиной более полутора футов; что же до остальных стен, то их кладут такой же толщины для того, чтобы выиграть побольше свободного пространства. А кирпичные стены, только если они выведены в два или три кирпича, а не при полуторафутовой толщине, могут выдержать больше одного этажа. При настоящей же значительности Рима и бесконечном количестве граждан имеется необходимость в бесчисленных жилых помещениях. Поэтому, раз одноэтажные постройки не в состоянии вместить такое множество жителей Рима, пришлось тем самым прибегнуть к помощи увеличения высоты зданий. Таким образом, надстройками из каменных столбов, кладкою из обожженного кирпича, бутовыми стенами и возведением нескольких этажей достигают величайших выгод при распределении комнат. Итак, путем увеличения площади посредством высоких стен и этажей, римский народ вполне обеспечен отличными жилыми помещениями.

18. Таким образом, теперь разъяснено, почему в Риме из-за тесноты площади приходится отказываться от кирпичных стен; когда же потребуется применить их за чертой города, то, чтобы они не могли портиться и ветшать, их надо делать следующим образом. На верху стен, под черепичной кровлей, следует делать кладку из обожженного кирпича вышиной фута в полтора с выступами в виде карнизов. Так можно избежать обычных в таких стенах недостатков; а именно если на крыше разобьются или будут сброшены ветром черепицы, то там, где может протечь дождевая вода, кирпичный щит не допустит повреждения кирпича-сырца и карнизная закраина будет отбрасывать капли за плоскость фасада и таким образом сохранит в целости кладку сырцовых кирпичных стен.

19. Что же до самого обожженного кирпича, то, хорош ли он или негоден для кладки, никто не может решить сразу, так как о прочности его можно судить только тогда, когда он подвергнется действию непогоды и жары, положенный на крышу; ибо, сделанный не из хорошей глины или плохо обожженный, он, тронутый инеем и морозом, выкажет себя негодным. Итак, какой не выдержит на крыше, тот не может быть прочным для несения тяжести в кладке. Поэтому наибольшей прочностью смогут обладать кровли, выложенные из старых кровельных черепиц, и стены из старого кирпича.

20. Что же до плетневых стен, то хоть бы их и совсем не изобретали. Чем больше выгоды от них в смысле скорости и простора, тем еще больше и обычнее от них несчастья, потому что при пожарах они вспыхивают, как факел. Поэтому, очевидно, лучше потратиться и обеспечить себя кирпичными стенами, чем выгадать и зато подвергаться опасности при плетневых. Да и к тому же в штукатурных работах они дают трещины на местах своих стоек и поперечин; ибо при обмазывании они, впитывая влагу, разбухают, а затем при высыхании стягиваются и таким образом, сморщиваясь, разрывают целость штукатурки. Но если уже иным приходится применять их или ради скорости, или из-за недостатка средств, или чтобы поставить перегородку в верхнем этаже, то надо поступать так: подвести высокий цоколь, так чтобы стены не соприкасались с затиркой и полом; потому что если они будут вделаны в пол, то со временем подгниют, а затем, оседая, начнут заваливаться и разрывать поверхность штукатурки.

Что касается стен и заготовок для них разного рода материала, то каковы их достоинства и недостатки, я по мере сил объяснил. Теперь же я, следуя указаниям природы, буду говорить о плотничьих работах и о материале, из которого их изготовляют, так чтобы они не ветшали и не теряли прочности.

Глава IX. Строевой лес

Книга II. Глава IX. Строевой лес. Полный текст трактата Витрувия «Десять книг об архитектуре» (Vitruvius "De architectura libri decem") публикуется по изданию Всесоюзной Академии Архитектуры 1936 года. Перевод Петровского Ф.А.

1. Лес надо рубить с начала осени и до тех пор, пока не начнет дуть Фавоний. Ибо весною все деревья обременяются и все бросают присущую им силу в листву и годичные плоды. Становясь же об эту пору непременно пустыми и раздутыми, они делаются полыми и нестойкими из-за своей пористости, подобно тому, как тело зачавшей плод женщины считается не вполне здоровым до родов; да и за рабынь, продающихся беременными, не ручаются, как за здоровых, ради того, что растущий зародыш из всякой пищи вытягивает ее питательность, и чем он делается крепче по мере созревания сам, тем меньшую плотность допускает он в том, откуда он рождается. Поэтому после родов, когда с отрешением плода то, что уходило на иного рода прирост, теперь свободно, тело, вбирая это в себя поглощением соков пустыми и открытыми жилами, и уплотняется и возвращается к прежней природной своей крепости.

2. Таким же образом, когда листья начинают вянуть осеннею порою при созревании плодов, стволы деревьев, вбирая в себя сок из земли, оправляются и восстановляются в старой своей плотности. А сила зимнего воздуха сжимает и сплочивает их в течение упомянутой выше поры. Итак, если лес рубят таким образом и в такую пору, как указано выше, он будет срублен своевременно.

3. При рубке же его сначала надо надрезать ствол до середины его сердцевины и оставлять стоять, чтобы, вытекая через нее по каплям, иссяк его сок. Так вся заключающаяся в деревьях бесполезная жидкость, вытекая через заболонь, не допустит загнить в нем слизи и испортиться качеству дерева. А тогда, когда дерево будет сухим и без капель, его можно валить, и так оно будет самым лучшим для дела.

4. В этом можно убедиться по садовым деревьям. Если в нужное для каждого время их, просверленные у пня, подчищают, то они выливают из сердцевины через отверстия .свою излишнюю и вредную влагу и так, подсыхая, приобретают долговечность. А та влага, которой некуда выйти из деревьев, сгущаясь внутри, портится и делает их негодными и непрочными. Итак, если деревья, пока стоят и живы, подсыхая не ветшают, то, без сомнения, при валке их на строевой лес, раз за ними ухаживали описанным способом, они смогут иметь в постройках крупные достоинства в смысле долговечности.

5. Деревья обладают несхожими между собою и различными качествами. Это относится к дубу, вязу, тополю, кипарису, ели и прочим породам, наиболее пригодным для построек. Ибо дуб не годится на то, на что идет ель, кипарис - на то, на что вяз; да и остальные породы не имеют одних и тех же сходных между собой природных черт, но каждая в отдельности, заключая в себе особенности составляющих ее основных начал, оказывается пригодной в сооружениях одна - на одно, другая - на другое дело.

6. Начать с того, что ель, как состоящая от природы из более легких веществ, то есть имея в себе больше всего воздуха и огня и меньше всего влаги и земного начала, не тяжеловесна. К тому же, будучи тугой по своей природной стойкости, она не легко сгибается под тяжестью, но остается в настиле ровной. Но вместе с тем, имея в себе порядочно тепла, она порождает и питает гниль и от нее портится, а к тому же быстро загорается из-за того, что, поскольку заключающийся в ее древесине воздух легко проницаем по своей редкости, она принимает огонь и таким образом испускает из себя сильное пламя.

7. Та часть ели, которая, до того как она срублена, находится ближе всего к земле, вбирая через корни из непосредственного соседства влагу, делается несуковатой и плавной. А верхняя ее часть, у которой силой жара ветви выбиваются в воздух через суки, срезается на высоте двадцати футов от корня и обтесывается; она тверда и суковата и называется голоменем. Нижнюю же часть, срубив, раскалывают на четыре доли и, по снятии с нее заболони, употребляют на столярные работы: эту часть называют еловым комлем.

8. Наоборот, летний дуб, как вдоволь изобилующий земными началами и имеющий мало влаги, воздуха и огня, будучи врыт в подземные сооружения, сохраняется на вечное время. И поэтому же, когда он подвергается действию влаги, не имея пористых отверстий, он не может, благодаря своей плотности, вбирать в древесину жидкость, но, избегая влаги, противится, корежится и дает трещины в сооружениях, на которые он пошел.

9. Зимний же дуб, в котором все основные начала распределены равномерно, чрезвычайно пригоден для построек; однако же, будучи помещен в сырости, он, вбирая через поры внутрь себя жидкость, причем из него удаляются воздух и огонь, портится под действием силы влаги. Церр и бук, у которых одинаково смешаны влага, огонь и земное начало вместе с большим количеством воздуха, вбирая через воздушные поры внутрь влагу, скоро трухлявеют. Белый и черный тополь, равно как ива и липа, не обладая твердостью, происходящей от примеси земного начала, благодаря своей пористости очень белы и удобны для производства резных работ. Витекс, от изобилия в нем огня и воздуха, умеренного количества влаги и лишь небольшой доли земного начала, будучи очень легкого состава, считается обладающим превосходной для изделий твердостью.

10. Ольха же, растущая по самым берегам рек и кажущаяся совершенно непригодным строительным лесом, обладает превосходными качествами. В самом деле, она состоит в наибольшей степени из воздуха и огня, в небольшой - из земного начала и в наименьшей - из влаги. Поэтому, будучи вбита частыми сваями под фундаментами зданий в болотистых местностях и вбирая в себя жидкость, которой немного в ее древесине, она никогда не гниет, поддерживает огромную тяжесть кладки и сохраняет ее без повреждений. Таким образом, не будучи в состоянии держаться над землей даже короткое время, она, погруженная во влагу7, остается нетронутой на долгие годы.