Десять книг об архитектуре.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

3. Толщина же стен, по-моему, должна делаться такой, чтобы двое вооруженных, идущих по ним навстречу друг другу, могли беспрепятственно разойтись. Затем, сквозь всю толщу стен должно как можно чаще закладывать брусья из обожженного масличного дерева, чтобы стена, связанная с обеих сторон этими брусьями, как скрепами, навеки сохраняла свою прочность: ибо такому лесу не могут повредить ни гниль, ни непогода, ни время, но он и зарытый в землю и погруженный в воду сохраняется без всякой порчи и остается всегда годным. Итак, это относится не только к городским стенам, но и к подпорным сооружениям, и все те их стены, которые должны строиться в толщину городских, будучи скреплены таким образом, не скоро подвергнутся разрушению.

4. Расстояния же между башнями следует делать так, чтобы они одна от другой отстояли не дальше полета стрелы, для того чтобы можно было нападение врагов на какую-нибудь из них отразить скорпионами и другими метательными орудиями, стреляя с башен и с правой и с левой стороны. А стену, примыкающую к внутренним частям башен, надо разделять промежутками, равными ширине башен, и делать переходы во внутренних частях, башен брусчатыми и без железных скреплений. Ибо если неприятель займет какую-нибудь часть стены, то осажденные разломают такой помост и, если управятся быстро, не допустят неприятеля проникнуть на остальные части башен и стены без риска стремглав слететь вниз.

5. Башни следует делать круглыми или же многоугольными, ибо четырехугольные скорее разрушаются осадными орудиями, потому что удары баранов обламывают их углы, тогда как при закруглениях они, как бы загоняя клинья к центру, не могут причинить повреждений. При этом укрепления стены и башен оказываются наиболее надежными в соединениях с земляными валами, так как их не в состоянии повредить ни бараны, ни подкопы, ни другие военные орудия.

6. Однако не во всех местах требуется возводить валы, а только там, где с возвышенности можно по ровному месту подойти к стенам для приступа. Поэтому в подобного рода местах надо, во-первых, делать как можно более широкие и глубокие рвы, а затем закладывать фундамент стены вала в дно рва и возводить его такой толщины, чтобы хорошо поддерживать насыпь.

7. Точно так же с внутренней стороны подпорного сооружения находится фундамент другой стены на таком расстоянии от внешнего, чтобы можно было разместить там защитные войска, построив их во всю ширину вала в боевом порядке; когда же будут возведены фундаменты на таком расстоянии друг от друга, то поперек между ними надо поместить другие, связанные с внешним и внутренним фундаментами и расположенные гребнеобразно, наподобие зубцов пилы. При таком устройстве огромная тяжесть земляной насыпи, распределенная на мелкие части и не давя всем своим грузом, никак не сможет распереть подпорные сооружения стены.

8. Что же до материала, из которого должно выкладывать или строить самую стену, то тут нельзя ничего предписывать из-за того, что далеко не всюду можно иметь достаточное количество нужных запасов. Но надо пользоваться либо тесаным камнем, либо базальтом, либо бутом, или же либо обожженным, либо сырым кирпичом, - где что найдется. Ведь не всюду, как в Вавилоне, стены сделаны из обожженного кирпича и находящейся там в изобилии жидкой горной смолы, заменяющей известь и песок, и не во всех странах и местностях можно пользоваться в таком количестве подобного же рода материалами для постройки из них долговременных и прочных стен.

Глава VI. Внутреннее расположение города. Ветры и их направление

Книга I. Глава VI. Внутреннее расположение города. Ветры и их направление. Полный текст трактата Витрувия «Десять книг об архитектуре» (Vitruvius "De architectura libri decem") публикуется по изданию Всесоюзной Академии Архитектуры 1936 года. Перевод Петровского Ф.А.

1. За обнесением города стенами следует разбивка внутри него площадей, улиц и переулков и расположение их по странам света. Это расположение будет правильным, если будут приняты меры против ветров в переулках. Холодные ветры неприятны, знойные вредны, влажные губительны. Поэтому следует избегать их вредного влияния и стараться, чтобы не получилось того же, что обыкновенно бывает во многих городах. Например, город Митилена на острове Лесбосе построен великолепно и изящно, но расположен неблагоразумно. Когда в нем дует Австр, жители хворают, когда Кор — кашляют, когда Септентрион — выздоравливают, но не могут стоять в переулках и на улицах из-за резкого холода.

2. Ветер же — это текучая струя воздуха, имеющая неопределенное чередование в движении. Он возникает, когда жар сталкивается с влагой, и от нагревания напор его выжимает силу дуновения. Это можно проверить на медных эоловых шарах и таким образом обнаружить посредством искусных изобретений божественную истину, таящуюся в законах неба. Для этого делаются полые медные эоловы шары с очень узким отверстием, через которое они наполняются водой и ставятся к огню. Сначала, пока они не разогрелись, из них не идет ни малейшего дуновения, но как только разогреваются, они выпускают на огонь сильную воздушную струю. Таким путем по небольшому и очень короткому явлению можно узнать и судить о великих и грандиозных естественных законах неба и ветров.

3. Если же из населенных мест будут удалены ветры, то это сделает их здоровыми не только для людей хорошо себя чувствующих; но даже и при возникновении от других каких-нибудь вредных влияний болезней, трудно поддающихся лечению в прочих, менее здоровых местностях, здесь, благодаря удалению ветров путем их уравновешивания, болезни будут излечиваться легче. Болезни же, которые трудно излечиваются в описанных выше местностях, следующие: насморк, кашель, плеврит, чахотка, кровохарканье и другие, которые лечатся не уменьшением, а прибавлением соков. Они трудно поддаются лечению, во-первых, потому, что начинаются от холода, а затем потому, что при истощении сил от болезни очень вреден воздух, находящийся в движении; ибо там, где он разрежается движениями ветров, он вытягивает из зараженного тела соки и расслабляет его. Наоборот, воздух спокойный и густой, без сквозного и постоянного течения взад и вперед, вследствие своей стойкой неподвижности прибавляет соков в члены тех, кто поражены этими болезнями, питает и восстанавливает их.

4. Некоторые насчитывают всего четыре ветра: Солан, или восточный, Австр, или южный, Фавоний, или западный, и Септентрион, или северный. Но более внимательные исследователи указали, что их восемь. Главным тут был Андроник Киррест, который, чтобы это доказать, даже поставил в Афинах восьмиугольную мраморную башню и высек на каждой стороне восьмигранника рельефные изображения отдельных ветров, обращенные в ту сторону, откуда каждый из них дует; а сверху этой башни он сделал мраморный конус, поставив на него медного Тритона с вытянутой в его правой руке палочкой, и устроил так, что он вращался ветром и, всегда останавливаясь против него, указывал палочкой на изображение дующего ветра.

5. Таким образом, между Соланом и Австром с зимнего восхода был помещен Евр, между Австром и Фавонием с зимнего заката — Африк, между Фавонием и Септентрионом — Кавр, который многие называют Кором, а между Септентрионом и Соланом — Аквилон. Так было сделано, очевидно, для того, чтобы показать и число, и название, и направление, откуда дует каждый ветер.

Когда все это таким образом выяснено, я укажу, как надо поступать для определения участков направлений ветров.

6. Посреди города помещают выверенную по уровню мраморную доску или же намеченное место выравнивают по правилу и уровню так, что доски не требуется. В центре этого места помещается медный гномон, искатель тени, называющийся по-гречески σχιοθηρης. Около пятого часа поутру крайний конец тени гномона отмечают точкой; затем разводят циркуль до точки, показывающей длину тени гномона, и через нее из центра вычерчивают линию круга. Далее следят за увеличением послеполуденной тени гномона, и когда она соприкоснется с линией окружности и послеполуденная тень станет равна дополуденной, то это также отмечают точкой.

7. Из этих двух точек надо вычертить циркулем пересекающиеся дуги и через их пересечение и центр круга провести линию до самого края окружности, чтобы получились участки севера и юга. Затем, взяв шестнадцатую часть окружности всего круга и поместив центр на полуденной линии, там, где она соприкасается с окружностью, надо сделать на окружности отметки справа и слева, как на южной, так и на северной ее стороне. Потом из этих четырех точек надо провести от одного края окружности до другого линии, пересекающиеся в центре. Так мы отметим по восьмой доле круга для Австра и для Септентриона. Остальная окружность должна быть разделена на три равные доли справа и на три равные им слева, чтобы наметить на чертеже равные отрезки для восьми ветров. Тогда надо приступить к проведению линий улиц и переулков через углы между участками двух ветров.

8. При таком способе распределения из жилищ и кварталов будет удалена беспокойная сила ветров. Если же улицы будут проложены навстречу ветрам, то их порывистое и постоянное течение из открытого пространства неба, спертое в узких переулках, будет нестись по ним с тем более неистовой силой. По этой причине надо отклонять линии кварталов от участков ветров так, чтобы они, встречаясь с углами инсул, разбивались и, отраженные ими, рассеивались.

9. Может быть, те, кто знает много названий ветров, удивятся, что мы насчитываем их всего восемь. Если же они будут иметь в виду, что Эратосфен Киренский по пути солнца, равноденственным теням гномона и склонению неба определил, на основании математических и геометрических вычислений, что окружность земли равна двумстам пятидесяти двум тысячам стадиям, что составляет тридцать один миллион пятьсот тысяч шагов, и что восьмая часть этого расстояния, отведенная каждому ветру, равна трем миллионам девятистам тридцати семи тысячам пятистам шагам, то не должны будут удивляться, если один ветер, блуждая по такому обширному пространству и отклоняясь то в одну, то в другую сторону, меняется и дует по-разному.

10. Так, справа и слева от Австра дуют Левконот и Алтан, около Африка — Либонот и Субвеспер, около Фавония — Аргест и, в известный период, Этезий, по бокам Кавра — Цирций и Кор, около Септентриона — Фракий и Галлик, справа и слева от Аквилона — Суперн и Цеций, около Солана — Карб и, в известный период, Орнитий, а по обе стороны занимающего середину Евра — Еврицирций и Волтурн. Есть много и других течений и названий ветров по местностям, потокам или горным бурям.

11. Кроме того, существуют утренние ветры, возникающие на восходе солнца там, где оно, возвращаясь из-под земли, приводит в движение влагу воздуха и, накаляя его по мере восхода, выжимает из него дуновение ветра своим предрассветным напором. Продолжая дуть и по восходе солнца, они занимают место ветра Евра, который называется греками εορος (утренник), потому что он возникает из этих ветров; да и завтрашний день, говорят, назван αοριον по утренним ветрам. Некоторые, однако, отрицают, что Эратосфен мог верно измерить величину земли. Но верно ли это или неверно, наша разметка границ участков, откуда начинают дуть ветры, не может быть неверно рассчитанной.

12. А если он и ошибся, из этого получается только то, что отдельные ветры дуют не на определенном пространстве, а охватывают большее или меньшее.

Так как все это изложено мною вкратце, то я решил, для более легкого усвоения, дать в конце этой книги две фигуры или, как говорят греки, σχήματα: одну — начерченную так, что по ней видно, откуда начинают дуть определенные ветры; другую — каким образом, путем поворотов направления кварталов и улиц, отклоняя их от напора ветра, можно избежать их вредного дуновения. Пусть на выровненной плоскости центр будет там, где стоит буква А, а граница дополуденной тени гномона - там, где стоит В. Разведя циркуль до обозначающей конец тени точки В, из центра А описываем линию круга. Затем, поставив гномон на прежнее место, надо подождать, пока послеполуденная тень уменьшится и, вырастая снова, сделается равной дополуденной, соприкоснувшись с линией круга там, где будет буква С. Тогда из точки В и точки С описывают циркулем две дуги, пересекающиеся там, где стоит D. Затем через это пересечение и центр, где стоит А, проводят из края в край линию, которая будет обозначена буквами Ε и F. Эта линия будет указателем южного и северного участков.

13. Тогда надо отмерить циркулем шестнадцатую часть всей окружности, поместить ножку его на полуденную линию в точке соприкосновения с окружностью, где стоит буква Е, и справа и слева сделать отметки там, где будут буквы G и Н. Точно так же в северной части центр циркуля надо поместить на пересечении линии окружности с северной линией, где стоит буква F, и сделать отметки справа и слева, где стоят буквы I и К, и провести через центр линии от G к K и от H к I . Таким образом, пространство от G до Η будет областью ветра Австра и полуденной стороной, а пространство от I до К — Септентриона. Остальные части окружности надо разделить поровну на три справа и на три слева: на восток обращены те, где стоят буквы L и М, а на запад — те, где стоят буквы N и O. От M к O и от L к N надо провести пересекающиеся линии. Так получатся на окружности равные промежутки для восьми ветров. Когда все это будет так вычерчено, то в каждом из углов восьмиугольника, начиная с юга, будут: в углу между Евром и Австром — буква G, между Австром и Африкой — Н, между Африкой и Фавонием — N, между Фавонием и Кавром — О, между Кавром и Септентрионом — К, между Септентрионом и Аквилоном — I , между Аквилоном и Соланом — L, между Соланом и Евром — М. Когда все это будет так исполнено, между углами восьмиугольника ставят гномон и таким образом определяют направления переулков.

Глава VII. Расположение общественных зданий

Книга I. Глава VII. Расположение общественных зданий. Ветры и их направление. Полный текст трактата Витрувия «Десять книг об архитектуре» (Vitruvius "De architectura libri decem") публикуется по изданию Всесоюзной Академии Архитектуры 1936 года. Перевод Петровского Ф.А.

1. Распределив переулки и установив направление улиц, надо обратиться к выбору подходящих и удобных всем гражданам участков для храмов, форума и остальных общественных мест. Если город лежит у моря, то участок для форума надо выбирать у самой гавани, если же в глубине страны — в середине города. Что касается храмов, то богам, считающимся главными покровителями гражданской общины, а также Юпитеру, Юноне и Минерве, надо выделить участки на самом высоком месте, откуда видно большую часть города. Меркурию же - на форуме или, как и Изиде с Сераписом, на рынке; Аполлону и Отцу Либеру — близ театра; Геркулесу — в тех городах, где нет ни гимнасий, ни амфитеатров — у цирка; Марсу — вне черты города, но у ристалища, так же как и Венере — у гавани. Да и в книгах наставлений этрусских гаруспиков положено, что святилища Венеры, Вулкана и Марса надо помещать за городской стеной ради того, чтобы молодые люди и замужние женщины не приучались в городе к любовным соблазнам, и потому, что, когда сила Вулкана обрядами и жертвоприношениями отвлечена, считается, что нечего бояться пожаров зданий. Что же касается Марса, то, если его божеству будет положено быть за стенами города, среди граждан не возникает междоусобий, но божество это будет защищать город от врагов и сохранит его от опасности войны.

2. Равно и Церере должно быть отведено за городом такое место, куда народу никогда не приходилось бы заходить без надобности, а лишь для жертвоприношений; это место должно блюсти священным и в строгой чистоте нравов. Также и остальным богам надо определять участки для священных округов сообразно с обрядами их культа.

О постройке самых храмов и правилах их соразмерности я буду рассуждать в третьей и четвертой книгах, потому что сначала, во второй книге, я решил рассматривать материалы, которые требуется заготовлять для зданий, их качества и применение, а затем перейти к объяснению в отдельных книгах пропорций зданий, их устройства и отдельных видов соразмерности.

Книга II

Вступление.