Это было преуменьшением. Он чувствовал себя так, словно кто-то вшил муравейник ему под кожу и теперь насекомые кусали и жалили все, что располагалось в брюшной полости.
Повернул ключ зажигания, подождал, пока двигатель завелся. Включил снегоочистители.
Стил хмыкнула:
– Эй, я ведь тоже весь день мучаюсь от похмелья, ну не будь таким нытиком.
– Это не похмелье.
Он дал задний ход, колеса заскользили, затем сцепились с покрытием.
– Морочь голову кому-нибудь другому, твои сказки годятся только на то, чтобы смешить баранов.
– Послушай…
Логан закусил губу. Поморщился. Поймал свое отражение в зеркале заднего вида. Рот был распухшим, губы потрескались, по скулам тянулись обширные кровоподтеки.
Должен же быть какой-то способ заставить ее заткнуться. Нечто такое, что завело бы ее. Разумеется, такой способ существовал:
– Слушай, то самое детское порно в компьютере Джека Уоллеса. Оно же было хорошо запрятано. А как получилось, что тебе удалось его найти?
– Да, отличный ход, Ганнибал Лектер, но тебе не удастся так легко сменить тему разговора. Если не хочешь встречаться со своими детьми, скажи им это сам.
– Да ладно, ты и с микроволновкой-то с трудом справляешься, а тут вдруг стала компьютерным гением.
Он отключил телефон, развернул «фиат», проехал мимо огромных сараев промышленной зоны и выполз на шоссе.
Желудок колыхался и булькал синхронно с прибоем в черепушке. У него точно сотрясение мозга. Возможно, ему нельзя вести машину. А что оставалось делать? Сидеть у Саманты до тех пор, пока Рубен не пришлет кого-нибудь другого, чтобы разобраться с ним?
Снова позвонила Стил.
– Ты действительно хочешь это знать? Отлично.
Какая-то возня, затем звук закрывающейся двери.
Дорога была грязной: снежная кашица, гравий и песок, «дворники» еле справлялись.
– Я пошла сказать ему чтобы он держался как можно дальше от Клаудии Бородитски. Этот сраный педик обладал манерами, которые вызывали к нему интерес. Знаешь, он любил распустить хвост, представляясь большим человеком. И вот эта Клаудиа вдруг заявляет, что это был не он. Ну, в парке на нее напал не он. Супер, да?
Крошечные снежинки, кружась, цеплялись за стены каркасных домов, построенных в стиле «дом – книжная полка».
– Он на меня наскочил: «Я же говорил вам, что никогда ее не видел, что это меня никак не касается», и тут звонит телефон. Он отошел. А когда он закончил разговор, я уже чувствовала… э-э… ну, сам понимаешь, что я чувствовала. Ноутбук был в кабинете, и эти фотографии… Они были в режиме слайд-шоу.
По противоположной стороне дороги проехал велосипедист; из-под заднего колеса вырывался фонтан грязи.
– Этот мерзавец даже не потрудился закрыть ноут, когда я позвонила в дверь. Оставил его там, где стоял. – Она засопела. – Пока он болтал, эта мерзость демонстрировалась на экране.
– Так значит, у тебя не было необходимости вводить пароль или что-то вроде этого?
– Конечно. А откуда мне было знать, что там за пароль? Я что, Деррен Браун[88]?
Логан подъехал к обочине и остановил машину. Отсюда поля по обеим сторонам выглядели, как лоскутное одеяло белого и серого цветов, простеганное черными нитками.
Он выдохнул и провел рукой по животу. Когда пальцы касались пореза, поднималась жгучая боль, как будто в рану втирали соль.
Стил затеяла четырехгодичную свару с Нэпиером, для того чтобы прикрыть его. И вот теперь он насильно вовлечен в расследование ее дела, которое ведет мастер по приготовлению чипсов и пирожных. Нэпиер был сродни Носферату[89], только и ждал момента, чтобы наброситься.
Джек Уоллес – высокомерный придурок, что безоговорочно подтверждалось записью его допроса. Он спокойно сидел и твердил как попугай: «Без комментариев».
[88] Браун Деррен (Brown Derreri) – английский фокусник, менталист и гипнотизер. Автор ряда книг о психологических опытах и об искусстве иллюзионизма.
[89] Носферату – синоним слова «вампир», использованный Брэмом Стокером в романе «Дракула».