Отец замер, озадаченно прислонился к печке, все слова растерял от неожиданности.
– Что ты, Марк! Куда ты? А ученики?
– Не только я могу учить детей. Есть и другие толковые люди.
– Быть толковым – это одно, а вот быть учителем… – отец горько усмехнулся. – Я вот тоже вроде не бестолочь, а учитель из меня, прямо скажем, так себе. Нет, Марк! Здесь без тебя нельзя.
– Очень хочу быть полезным тебе, Вадим, – глухо отозвался Учитель эм Марк. – Жизнью ведь обязан. Я помню, как ты тащил меня по бескрайним топям, когда нас окружили эти твари – болотища. Если бы не ты, я потонул бы в дымной жиже или нечисть перегрызла меня пополам. Или помнишь вот это…
– Да все я помню! Мне монстры память не отшибли, хоть и пытались, что уж там… – махнул рукой отец. – Ты, брат, извини, что перебиваю, но я тебе не ученик, и мы не на уроке. Ну да, много было разного. Но чего тебе в должниках-то ходить? Я вот тоже не забуду, как ты вышел перед толпой, когда Колдун долбил: «Вынеси, вынеси ребенка!» Так что мы в расчете. А вообще, что старое вспоминать? Было да прошло…
Отец помолчал и заговорил снова – медленно, подбирая каждое слово, точно осторожно ступая по зыбким кочкам:
– Только не подумай чего плохого, пожалуйста! Ты ведь знаешь, Марк, я с тобой в любой путь, в любые земли… Да время сейчас неспокойное. На кого ты оставишь город? На Колдуна? На этого, зацепи змею за хвост, Бобрикуса? У нас ведь градоначальник – не человек, а сарделька с ножками! Худо будет городу без тебя. Совсем худо!
Учитель дотронулся ладонями до лица, будто смывая невидимую воду. Сказал с болью:
– Но вам с Лионом нужны помощники! Дорога смертельно опасная!
– Да ты мне это не рассказывай! Помню, знаю. Ходили с тобой теми тропами – и смоляных шакалов гоняли, и болотищ пупырчатых… До Облачного пика, правда, так и не добрались, а я с юности мечтал посмотреть на него. Вот, считай, и выпал шанс… А помощников, Марк, я не хочу. Мне проще отвечать за себя да за сына родного, чем за чужих сыновей. Это я тоже проходил. Слишком тяжело. Непосильно.
– А почему – за сыновей? Девочки тоже могут быть полезными!
Про Вишню все забыли, и ее звонкий голос прозвучал так неожиданно, словно солнечный луч пробрался в запертый наглухо чулан.
– Вишня! – укоризненно воскликнул Учитель.
– Но ведь это правда! – Вишня заговорила взволнованно и торопливо. – Я отлично знаю гномий язык. Я выносливая, ничего не боюсь…
– И еще невероятно скромная! – Учитель, видно, всерьез рассердился. – Анна-Виктория, о чем ты говоришь? Почему лезешь не в свое дело? Вот видишь, Вадим, – он посмотрел на отца. – Других детей воспитывать умею, а родную дочь…
– Простите меня, но я правда могу принести пользу, – Вишня сбавила тон. – Я знаю лекарственные травы, немного умею лечить, готовить... И очень хочу увидеть Облачный пик, – добавила она совсем тихо. – Это моя мечта.
– Ты так стремишься к Облачному пику, будто хочешь стать королевой гномов! – сварливо заявил Учитель эм Марк и обернулся к нам с отцом. – Знаете, у чужедальних гномов есть такой обычай – назначать королеву, которой откроются все сокровища их страны. А корона достаётся молодой и красивой чужестранке.
Учитель эм Марк сурово глянул на дочь:
– Что, решила поцарствовать? Бриллианты нужны? На троне посидеть захотелось?
– Да я об этом понятия не имела! – вскинулась раскрасневшаяся Вишня. – Откуда мне знать про эти обычаи? Мне хочется помочь Воину Вадиму, Лиону… И, если повезет, увидеть Облачный пик. Ведь из нашего города никто не видел его своими глазами!
– Вот именно, «если повезет», – вздохнул мой отец. – Дорога-то туда – не это самое… не турне…
– Я не боюсь!
– По молодости лет никто не боится. Когда мне было пятнадцать, я, зацепи змею за хвост, тоже думал, что бессмертный.
– Всё, Вишня, прекращаем разговор! – жестко сказал Учитель эм Марк. – Не ожидал от тебя такой прыти. Некрасиво и неуместно! А еще сердишься на сестренок, когда они вклиниваются в беседу!
Вишня обиделась, но спорить не решилась. Отвернулась, откинула темные косы с вишневыми прядками. Замолчала.
– Решено – мы с Лионом вдвоем пойдем, – твердо проговорил отец. – Как утро настанет, так и двинемся. Не знаю, как и благодарить тебя, Марк, за помощь, за советы. У меня к тебе да Вишенке только одна просьба будет – за хозяйством немного приглядеть. Особого добра мы, конечно, не нажили. Но лоботрясы дом грозят спалить, а Колдун да Бобрикус им мешать не станут. На пепелище возвращаться не хочется. Если уж доведется вернуться…
– Не тревожься. Приглядим. Да, Вишня?
Она задумчиво кивнула.
Глава 11