– А вокруг пузатенькие топливные цистерны?
Брайерли кивнул. Глаза всех присутствующих были прикованы к командиру.
– Понимаю. Говоря по правде, не хотел бы променять свою работу на вашу… Николлс, пожалуй, мы останемся здесь на несколько минут, выкурим не торопясь по сигарете. Тем истовей, – усмехнулся он, – будем славословить
Бога, когда выберемся.
Минут пять Вэллери спокойно беседовал с Брайерли и его людьми. Наконец затушил окурок и, распрощавшись, направился к двери.
– Сэр, – остановил его голос худощавого темноволосого артиллериста, у которого Вэллери брал спички.
– Да, в чем дело?
– Вам это может пригодиться. – С этими словами он протянул командиру чистое белое полотенце. – То, которое у вас, сэр… Я хочу сказать…
– Спасибо. – Вэллери без лишних слов взял полотенце.
– Большое спасибо.
Несмотря на помощь Петерсена, от долгого и трудного подъема на верхнюю палубу Вэллери выбился из сил. Он едва волочил ноги.
– Послушайте, сэр, это же безумие! – в отчаянии воскликнул Николлс. – Простите, сэр, у меня это вырвалось.
Только… давайте зайдем к начальнику медслужбы. Прошу вас!
– Конечно, – раздался в ответ хриплый шепот. – Это наш следующий пункт захода.
Сделав несколько шагов, группа оказалась возле дверей лазарета. Вэллери настоял на том, чтобы увидеться с
Бруксом с глазу на глаз. Выйдя через некоторое время от
Брукса, он выглядел как-то странно посвежевшим, походка его стала бодрее. Командир улыбался, Брукс тоже.
После того как Вэллери отошел, Николлс приблизился к Бруксу.
– Вы что-нибудь дали ему, сэр? – спросил он. – Ей-Богу, он же убивает себя!
– Он принял кое-что, – улыбнулся Брукс. – Я знаю, что он убивает себя, он – тоже. Но он знает, зачем это делает, и я знаю, зачем, и он знает, что я это знаю. Во всяком случае, ему стало лучше. Не стоит волноваться, Джонни.
Николлс подождал на верхней площадке трапа возле лазарета, пока командир со своими спутниками вернутся с телефонной станции и первого отделения слаботочных агрегатов. Когда группа поднялась наверх, юноша шагнул в сторону, но Вэллери, взяв Николлса под руку, медленно пошел рядом с ним. Они миновали канцелярию минно-торпедной боевой части. Вэллери коротко кивнул Карслейку, который числился командиром одной из аварийных партий.
Тот, по-прежнему забинтованный до самых глаз, посмотрел на Вэллери диким, отсутствующим взглядом.
Похоже, он не узнал командира. Ничего не сказав, Вэллери покачал головой, потом, улыбаясь, повернулся к Николлсу.
– Тайное заседание Британской медицинской ассоциации состоялось, не так ли? – спросил он. – Ничего, Николлс, не беспокойтесь. Это я должен беспокоиться.
– Но почему же, сэр?
Вэллери, снова качнув головой, произнес:
– Ром в орудийных башнях, сигареты в центральном посту, а теперь – славное старое виски во флаконе из-под
«Лизола». Я уже решил, что коммандер Брукс собирается отравить, меня. Что за прекрасная это была бы смерть!
Превосходное зелье! Примите извинения начальника медслужбы за то, что он посягнул на ваши личные запасы.
Николлс, густо покраснев, начал извиняться, но Вэллери прервал его: