Город. Все живое… Рассказы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Ваш дед не виноват, – сказал Грант. – Он хотел, он пытался лететь. Но человек бессилен против агорафобии.

Вебстер взмахом руки отмел его слова.

– Что было, то было. Тут уж ничего не воротишь, и мы вынуждены из этого исходить. И так как мой род, мой дед…

У Гранта округлились глаза, его вдруг осенило:

– Псы! Вот почему вы…

– Вот именно, псы, – подтвердил Вебстер.

Издалека, с реки, вторя плачу ветра в листве, донесся жалобный звук.

– Енот, – заметил Вебстер. – Сейчас псы начнут рваться на волю.

Звук повторился, вроде бы ближе, а может быть, это только показалось.

Вебстер выпрямился в кресле, потом наклонился вперед, глядя на огонь в камине.

– И в самом деле, почему бы не попробовать? – рассуждал он. – У пса есть индивидуальность. Это сразу чувствуется, какого ни возьми. Что ни пес – свой нрав, свой темперамент. И все умные, пусть в разной степени. А

больше ничего и не требуется: толика разума и осмысливающая себя индивидуальность.

Все дело в том, что природа с самого начала поставила их в невыгодные условия, создала им две помехи: они не могли говорить и не могли ходить прямо, а значит, не было возможности развиться рукам. Если бы отнять у нас речь и руки и отдать им, мы могли стать псами, а псы – людьми.

– Для меня это совсем ново, я как-то никогда не представлял себе ваших псов мыслящими созданиями, – сказал

Грант.

– Еще бы! – В голосе Вебстера был оттенок горечи. –

Иначе и быть не могло. Вы смотрели на них так же, как большинство людей до сих пор смотрят. Ученые собачки, домашние животные, забавные зверюги, которые теперь еще могут даже разговаривать с вами. Но разве этим дело исчерпывается? Вовсе нет, Грант, клянусь вам. До сих пор человек шел путями разума один-одинешенек, обособленный от всего живого. Так представьте себе, насколько дальше мы могли бы продвинуться и насколько быстрее, будь на свете два сотрудничающих между собой мыслящих, разумных вида. Ведь они мыслили бы по-разному! И

сверялись бы друг с другом. Один спасует – другой додумается. Как в старину говорили: ум хорошо, а два лучше.

Представляете себе, Грант? Другой разум, отличный от человеческого, но идущий с ним рука об руку. Разум, способный заметить и осмыслить вещи, недоступные человеку, способный, если хотите, создать философские системы, каких не смог создать человек.

Он протянул к огню руки, растопырив длинные властные пальцы с узловатыми суставами.

– Они не могли говорить, и я дал им речь. Это было нелегко, ведь язык и гортань собаки не приспособлены для членораздельной речи. Но хирургия сделала свое – не сразу, конечно, через промежуточные этапы, – хирургия и скрещивание. Зато теперь… теперь, надеюсь… Конечно, утверждать что-нибудь рано…

Грант взволнованно наклонился к нему.

– Вы хотите сказать, что перемены, которые вы внесли, передаются по наследству? Хирургические коррективы закрепились в генах?

Вебстер покачал головой.

– Сейчас еще рано что-нибудь утверждать. Но лет через двадцать я, пожалуй, смогу вам ответить.

Он взял со стола бутылку с бренчи и вопросительно поглядел на Гранта.

– Благодарю, – кивнул тот.

– Я плохой хозяин, – извинился Вебстер. – Вы распоряжайтесь сами.

Он поглядел на огонь через рюмку.

– У меня был хороший материал. Собаки – сметливый народ. Сметливее, чем вы думаете. Обыкновенная дворняга различает полсотни слов, больше, вплоть до ста. Добавьте вторую сотню – вот вам уже и обиходная лексика. Может быть, вы обратили внимание на речь Нэтэниела? Самые простые, необходимые слова.