– Вы прошли там, где очень тонко.
– Тонко?
– В таком месте, где время не слишком плотное.
– Вы сами сделали его потоньше?
– Скажем так: мы открыли это место и воспользовались им.
– Чтобы добраться до нашей Земли?
– Пожалуйста, сэр, не надо так ужасаться. Ведь вы, люди, уже несколько лет как летаете в космос.
– Пробуем летать, – поправил я.
– Вы думаете о завоевании. В этом смысле мы с вами одинаковы. Вы стремитесь завоевать пространство, мы –
время.
– Постойте, не торопитесь, – взмолился я, – дайте разобраться с самого начала. Между всеми этими Землями есть какие-то границы?
– Да.
– Границы во времени? Миры разделены какими-то периодами?
– Совершенно верно. Вы очень точно это уловили.
– И вы стараетесь пробиться сквозь барьер времени, чтобы проникнуть на мою Землю?
– Да, так.
– А зачем?
– Мы хотим с вами сотрудничать. Заключить соглашение. Нам нужно жизненное пространство, дайте его нам, а мы взамен дадим вам наши познания; нам нужна техника, ведь у нас нет рук, а вы, пользуясь нашими знаниями, создадите новую технику – она пойдет на благо и вам, и нам. Вместе мы сможем проникнуть и в другие миры. В
конце концов множество Земель сольется в единую цепь, и все те, кто их населяет, тоже объединятся, у них будет одна цель, одни стремления.
Где-то под ложечкой у меня зрел холодный, свинцово-тяжелый ком; я ощущал странную пустоту внутри и мерзкий металлический вкус во рту. Сотрудничество, соглашение – а кто будет играть главную роль? Жизненное пространство – а сколько его останется для нас? Иные миры – а что произойдет там, в иных мирах?
– Вы много знаете?
– Очень много. Это для нас важнее всего: мы познаем, поглощаем, впитываем знания.
– Вы очень усердно собираете их и у нас. Ведь это вы нанимаете чтецов?
– Да, и этот способ гораздо лучше всех прежних, раньше мы получали весьма посредственные результаты.
Теперешний путь вернее, и притом легче отбирать самое важное.
– Так пошло с тех пор, как вы обучили Джералда
Шервуда делать телефоны?
– Телефоны позволяют нам непосредственно общаться с жителями вашей Земли, – был ответ. – До этого мы могли только перехватывать мысли.
– Так вы и раньше понимали людей? Может, вы уже давным-давно читаете наши мысли?
– Да-да! – весело откликнулись Цветы. – Мы понимали очень многих людей и уже много, много лет назад. Но беда в том, что это были отношения односторонние. Мы слышали и понимали людей, а они нас – нет. Большинство даже и не подозревало о нашем существовании, а более чуткие кое-что воспринимали, но только очень смутно и сбивчиво.