Я думала, ты ей просто дашь хорошего тычка. Напугаешь ее как следует. Она всегда такая важная, надутая была…
– Я же сказал вам, что палка сильно бьет.
Страх пригвоздил вебстера к месту.
Далеко и сильно, думал он . Далеко и сильно – быстро.
– Не тревожься, дружище, – мягко произнес волк. – Мы знаем, что ты не нарочно. Это останется между нами. Мы никому не скажем.
Поня прыгнула на дерево и запищала с ветки:
– Я скажу! Скажу вот Дженкинсу!
Волк цыкнул на нее с лютой ненавистью:
– Ты доносчица паршивая! Подлая сплетница!
– Скажу, скажу! – не унималась Поня. – Вот увидите!
Скажу Дженкинсу.
Она стремглав поднялась по стволу, добежала до конца ветки и перескочила на другое дерево.
Волк сорвался с места.
– Куда? – осадил его Питер.
– Всю дорогу по деревьям ей не пробежать, – торопливо объяснил волк. – На лугу придется спуститься на землю.
Ты не тревожься.
– Нет, – сказал Питер. – Не надо больше убийств.
Хватит одного.
– Но ведь она в самом деле скажет.
Питер кивнул.
– Не сомневаюсь.
– А я могу ей помешать.
– Кто-нибудь увидит и донесет на тебя, – сказал Питер.
– Нет, Лупус, я тебе не разрешаю.
– Тогда улепетывай поскорей. Я знаю место, где ты можешь спрятаться. Тысячу лет искать будут, не найдут.
– Ничего не выйдет. В лесу глаза есть. Слишком много глаз. Они скажут, куда я пошел. Прошли те времена, когда можно было спрятаться.
– Наверно, ты прав, – медленно произнес волк. – Да, наверно, прав.
Он повернулся и посмотрел на убитую малиновку.
– Ну, а как насчет того, чтобы изъять доказательство? –
спросил он.