- А люди, которые там работают? ОЗК же вообще не догадываются о нашем существовании!
- Они все там добровольцы. Знают куда приходят работать и чем рискуют. Не преувеличивайте. Те специалисты, которые нам интересны, о нас уже знают. Некоторые сочувствуют, некоторые колеблются. Никто не будет против, если они к нам переведутся. Потом.
- Меня интересуют не сотрудники ОЗК, а их воспитанники. Им мы могли бы помочь более существенно. С тем же устройством!
- Борис Романович, напоминаю вам, что цель нашей работы не устройство судьбы сотой процента численности киборгов, а возобновление их производства. И массовый выкуп сейчас инициирован не только и не столько для того, чтобы вычислить разумных, сколько для обеспечения запроса МЧС. Поэтому мы выкупаем киборгов у частных владельцев. Попадется разумный – переводим к вам в центр. Остальных перепрошиваем и формируем партию на продажу. Обращаю внимание – качественно и дотошно проверим. Сделаем партию, дадим этот глоток воздуха, и второй раз оказаться без этого воздуха никто не захочет.
- Я знаю, – кисло ответил Борис. – Но все же.
- Думаете, хорошая мысль подкидывать им вакансии? Мне так не кажется. Ринат и Том среди подопечных ОЗК распространяют информацию о возможности профессионального роста. Плюс ваш любимчик Ринат покопался в прошлом некоторых их сотрудников и очень много интересного там нашел.
- Шантаж, – с отвращением произнес Борис.
- Да, – не стал отпираться Кобарин, – но кто не без темного прошлого? Тем более в отношении такого спорного с моральной точки зрения явления как киборги и их использование. Мы все их боимся. А надо чтобы хотели пользоваться и дальше. Вы в курсе кого ОЗК приютили-то?
- Нет.
- Моего бывшего коллегу. Охотник. Он, правда, это ото всех скрывает. Но Ринат его уговорил на сотрудничество.
- Вот с кем я совершенно не имею желания сотрудничать.
- Какие слова! Со мной же сотрудничаете. Я тоже был инспектором. И ничего. А сейчас займемся подготовкой к визиту в объединенный штаб.
Борис промолчал, догадываясь, что Ринат использовал для уговоров шантаж. Наверняка жесткий. Это с живущими в Центре киборгами он был сама забота и терпение. Людей же Ринат не любил и не скрывал этого.
Кроль однажды долго и откровенно разговаривал с ним, и, к своей растерянности понял, что Ринат совсем не дезориентированный ребенок. Что он хорошо понимает происходящее и свою роль в нем, и его это полностью устраивает. Он доволен тем, что Кобарин и вся команда Волкова интересуется только вопросом их реализации и гарантиями того, что не будут совершаться убийства. Больше ничего от людей Ринат не ждал и не хотел.
- У нас договор, – коротко объяснил он Борису.
- С кем?
- С Максимом Сергеевичем и Анатолием Николаевичем.
- О чем?
- Я обеспечиваю гарантию того, что разумные киборги вреда не причиняют, они позволяют мне выбирать способы, которыми я этого добьюсь.
- И ты им веришь? – уточнил Борис.
- Да. Людям выгоднее выполнять условия этого договора, чем ликвидировать последствия его нарушения. Выполнить обязательства со своей стороны я искренне хочу.
- Твои методы очень неоднозначные.
- Ограничений со стороны хозяина нет, – абсолютно спокойно ответил киборг, уверенный в собственной правоте.
Борис сначала с опаской относился к тому, что Ринат провел на территорию центра других киборгов, выживших среди людей. Но на всех встречах присутствовали психологи Центра и отзывы о влиянии гостей на подопечных были только положительные.
А потом Ринат явился в кабинет и прямо спросил нужна ли Борису помощь в текущей операции? Может быть нужно усилить группу адаптации? Так Ринат готов. Располагайте.
Борис потер лоб.
- Как ты узнал?
- Мне ребята верят. Алан пришел за советом. Он не уверен в своих силах. Так и узнал.
- Болтун твой Алан!
- Уточните приказ, Борис Романович, – едва заметно улыбнулся Ринат, – какая мне отводится роль в предстоящем знакомстве Алана с работодателями? Какие проблемы сейчас нужно решить?