- Из ОЗК, – убито признался киборг. – Они, кстати, официально сменили название.
- Я тебя убью, – устало пообещал Максим.
- Сейчас? – вздохнул Ринат, который почти привык, что ему обещают это раза по три на день. – А как же тестовый образец? Кого вы будете всем показывать?
- Слушай ты, тестовый образец, чтобы через час был дома. Максимум через два. Я хочу все знать. И только попробуй мне соврать!
====== 13. Защитники бывают разные. ======
Несмотря на бытующее мнение о разгильдяйстве часовых, попасть на военную базу или станцию просто так было нельзя. И никакое общественное мнение тут не помогало. Безопасность и оборона это не шутки. Прорваться на армейские базы даже ОЗК было не по зубам.
- Девушка, вы в своем уме? – на очередном приеме отбрил Киру один из высокопоставленных чинов, которому выпало в этот день общаться с посетителями. – Людей я должен на передовой оставить, а киборгов, значит, забрать? Жизнью человека легче пожертвовать, чем жизнью киборга? Занялись бы вы чем-то более для человечества полезным. Замуж вышли, ребенка родили. А в мужские дела не вмешивались.
Киру не так легко было смутить подобными высказываниями. Времена, когда она бросалась ответными выпадами, и позволяла личной неприязни руководить своими поступками, миновали. За ее спиной теперь были те, кто нуждался в защите.
Она очень аргументированно спорила, доказывала, что бросать в бой существо с развитием на уровне четырех-пятилетнего ребенка это неразумно. В конце концов сумела втянуть генерала в разговор, а не отмахнуться дежурной фразой.
- В возрасте до двух лет киборг неразумный вообще. А больше трех они не служат. И до трех никакие тесты не показывают ничего. Я тоже читал ваши статьи и слушал выступления.
- Но использование киборгов…
- Необходимое зло, как и военные действия. Я бы и рад вести дело миром. Но от меня это не зависит. Я готов пустить ваших инспекторов на базы. При условии, что за каждого изъятого по вашей программе, вы предоставите мне новую боевую единицу. Кибернетическую или живую.
- Вы сами хорошо понимаете, что это невозможно. Выпуск киборгов запрещен.
- С вашей подачи. Ладно бы шестерок запретили. Так вы все обрубили. Пожарные, спасатели, спецназ, полиция, охрана, армия, не говоря уже о простых помощниках, сиделках и воспитателях! И теперь люди гибнут! Потому что вы и ваше общество защиты против спасения тысячи жизней людей ценой одной жизни разумного киборга! Защитники животных, мать вашу! Так те хоть обеспечили производство синтетического мяса! А вы просто запретили и альтернативы нет!
- Это не оправдание той эксплуатации и издевательствам, которым они подвергались. Генерал Райбек, лично я и мое общество не запрещали производства киборгов! Это обвинение не ко мне. Запрет – это правительственное решение, я говорю с вами о конкретных киборгах, которые пострадали от людей.
- Это вопрос не производства, а воспитания людей, использующих киборгов! Из-за пары тысяч придурков и уродов, подставить десятки миллиардов! Убийц в разы больше. Почему не заняться закрытием производства бластеров?!
- А это, генерал, уже софистика. Бластер можно сделать с дополнительными уровнями защиты, можно сделать активацию по отпечатку пальца владельца. Это не важно, важно, что альтернатива киборгам есть. Человечество может само себя обслуживать. А для военных целей использовать андроидов, как это происходит в случае внутренних конфликтов у других рас.
- Я все понимаю. Каждая жизнь ценна и неповторима. А теперь пойдите и скажите это людям. Что теперь им нужно заплатить налоги вдвое больше, потому что стоимость одного андроида равна стоимости трех шестерок. И использовать его можно только в ограниченных условиях, даже самого совершенного. И заодно, объявите, что из-за того, что киборги с производства сняты, необходимо где-то процентов на пятнадцать увеличить число людей, рискующих жизнями.
- Это очень однобокое освещение ситуации. У людей есть выбор, рисковать или не рисковать. Они делают его, записываясь в армию. Киборги этого выбора лишены!
- Мисс Тиммонс, – генерал сузил глаза, – еще раз повторяю. Смерть одного, еще не факт что разумного киборга, против гарантированной смерти пяти десятков людей в военной обстановке и двух десятков на гражданской службе. Вот это – точная статистика. А ваши расчеты – неясные прогнозы. Поэтому доступа на военные объекты сотрудники ОЗК не получат. Вы не можете ни починить киборгов, ни заменить их, значит вам там делать нечего. Армейскими DEX-ами и киборгами на службе силовых ведомств будет заниматься другая организация.
- Какая? – насторожилась Кира.
- Не ваша, – отрезал генерал. – Вы гражданская организация. Займитесь гражданскими киборгами. Из армии большей частью, после трех лет эксплуатации, они списаны, так что если кто-то там оразумился, то уже на гражданке. Разговор окончен, мисс Тиммонс.
- Не окончен! – твердо ответила Кира. – Семерки тоже могут осознавать себя.
- Такого, слава богу, не бывает.
- Бывает.
- У семерок?! – Кире удалось поразить казалось бы непробиваемого вояку.
- Да!
- Пока не будет представлен хоть один такой киборг, это голословное утверждение. В вашем центре есть такой киборг?
Кира не стала продолжать тему о «семерках», продолжая давить на то, что раз киборгам даны права, равные человеку, значит должна быть предоставлена возможность выбирать свою судьбу и достойно жить. Это право ему гарантировано государством.
Они ни до чего не договорились, генерал, а в его лице и вся армия, соглашался выделить сумму на реабилитацию своего бывшего имущества, но так же как военные пенсионеры это их вотчина, значит и такие киборги это их забота. Он, и армия в его лице, осознают свою ответственность за находящихся на службе, поэтому учить и социализировать кибернетических служащих они тоже сами будут.