Конечно, она догадывалась с того момента, как услышала о Лангиниусе — одном из Гончих. Однако прямо его не расспрашивала, надеясь, что он сам как-нибудь ей расскажет. Да и момент тогда был не самый подходящий.
Он же не хотел прямо сейчас разбираться еще и с ученицей. Видя его хмурое лицо, Валент едко усмехнулась.
— Ты его новая подружка? А куда старые делись? Ах да, у Реннета нет друзей. — Она перевела взгляд на Саолфлер. — Значит ты не будешь против, если я сама выложу ей правду? В конце концов, иметь в спутниках самого легендарного Лидера Гончих, называющего себя Смертным Божеством — это похвальное достижение!
— С-смертным… — и хотя девушка была готова услышать нечто подобное, принять это оказалось куда сложнее. Все равно что поверить в существование Бога.
— Прекращай! — вдруг вмешался сам Реннет. — Мне и правда жаль, что все так погано обернулось с тобой, но не вздумай спихивать с себя всю ответственность, Валент! Не я отобрал твои ноги, и не я убил твоего мужа! — Шумно выдохнув, он показал пальцем на самого себя. — Я сделал то, что считал верным, как и ты, как и все остальные! Однако ничто из этого не дает тебе права творить такое с собой! Ты посмотри на себя? Где та взбалмошная девчонка, постоянно подначивавшая Оуэра и…
Реннет внезапно осознал, что вспомнить колдуна сейчас было не лучшей идеей. Лицо же Валент просто перекосило от ярости.
— Оуэр, значит… Неужели забыл, как прожег ему череп, только ради того чтобы доказать нам серьезность своих намерений? Или ты забыл Крома? Небось, Катарина наплела тебе, что мечник наш в бою геройски погиб.
— Нет, не в бою… — намного тише произнес ренегат.
— Вот именно! Он покончил с собой, как жалкий никчемный отброс! Что же касается моей жизни… — она крепко вцепилась пальцами в колеса. — Она также разрушена тобой. Я потеряла обе ноги, а мучительные боли не позволяют заснуть по ночам. Отвары местных трав подавляют боли, но как выяснилось, у них есть свои неприятные последствия — все реже и реже я слышу Клесс. Она, как и Лан, уходит от меня, ты понимаешь? Один за другим я теряю всех, кто мне дорог! А ведь те дьюрары, что убили моего мужа, желали отомстить Смертному Богу! — ее голос сорвался на крик, а из глаз заструились слезы. — Неважно, считал ли ты нас своими товарищами, Реннет. Главное, враги Смертного Бога так считали…
Глава 22 Перемены
Свидание со старой подругой обернулась катастрофой. Так подумал Реннет, сразу после того как пришел в сознание.
Как выяснилось, они уже находились за пределами Гэста. Кругом виднелась одна трава да деревья. Казалось, минул всего лишь миг с момента бурной ссоры, вспыхнувшей прямо в правительственном дворце.
— Помнишь, что произошло? — поинтересовалась у него Саолфлер.
Помнил ли он? Да, Реннет помнил все до последней секунды, включая то, как разъярилась Валент, обвиняя его во всех своих страданиях. Такое просто нельзя взять и забыть.
Она считала, все беды и преследовавшие ее несчастья повязаны на одном человеке — Реннете, что именно его решения повинны в смерти Лангиниуса. Это всерьез задело парня. Он сам не заметил, как разозлился и прямо в лицо заявил ей, что попытка свалить всю ответственность на кого-то другого — не более чем оправдание собственной слабости. В итоге, обострил ситуацию еще больше.
Валент рывком стянула с ног покрывало. Реннет с удивлением обнаружил вместо человеческих ног металлические протезы. Причем они не имели ничего общего с знакомыми ему костылями или даже подвижными конечностями из облегченного металла. Точнее будет сказать, приделанные к нижней части тела Валент механизмы никак не предназначались ее человеческому облику. Массивные, с острыми металлическими когтями — конечности гигантского зверя.
Бросившись с кресла-колесницы на пол, женщина в мгновение ока обратилась в Жнеца — истинного Пожирателя Драконов. Маленькие металлические сочленения, шестеренки и заменяющие мышцы трубки на протезах задвигались. Не смотря на необычный вид этих замененных конечностей, Валент резво встала на них.
Реннет точно не мог сказать, кто сейчас стоит перед ним — сама Валент или же Клесс. Ответ пришел уже спустя миг, когда грубый, но ясно различимый человеческий голос зазвучал под сводами зала:
— Убирайся из моей жизни, ублюдок!
Сразу после… он помнил, как огромная когтистая лапа, способная одним своим ударом свалить медведя, будто бы едва-едва коснулась его, и голова Реннета неожиданно встретилась с каменным полом.
— Меня она не тронула, однако приказала вместе с тобой выбросить за черту города. Как оказалось, у твоей подруги в Гэсте не просто формальная власть, — объяснила Саолфлер. — Твоя рана выглядела очень тяжело, однако их это похоже ничуть не волновало. Мое исцеляющее заклинание стихии ветра немного облегчило боль, полагаю с остальным твой организм справляется самостоятельно.
— Думаешь? — осторожно поднялся он и сел. По голове будто прошлись телегой, но по крайней мере он был жив.
Собирайся Валент действительно его убить, непременно сделала бы это. Хотя уже одно то, что человек, с которым они столько вместе пережили, затаил на него такую сильную злость, причиняло боль.
Да, именно Реннет ощущал неподдельную горечь, какую Смертному Богу никогда не суждено испытать. Горечь от утраты чего-то по-настоящему важного. Только сейчас, спустя столько лет, спустя две жизни, парень начал осознавать, как прочно связан со всеми этими людьми.
— Выходит ты… — начала чародейка, но быстро остановилась, не договорив.
— Что такое?
— Ты действительно Он, да? Тот, о котором ходило множество самых разных слухов. И ты действительно убил тысячи человек, чтобы призвать Темноту и проклясть весь мир?
Он не был согласен с подобной формулировкой вопроса. И не считал себя виноватым во всем, в чем обвиняли его люди. Ведь на истинное положение вещей им плевать. Каждого волнуют лишь они сами и собственное благополучие. Разумеется они не знали, что большинство убитых от имени Смертного Бога были подонками и преступниками, благодаря положению в обществе способными ввергнуть государства в новые войны. Ничего из этого они не ведали, но продолжали судить…
— Да, я тот самый чародей, что когда-то назвался Смертным Богом, — коротко ответил ей Реннет. Дополнять прозвучавшие слова чем-либо еще он не видел смысла. Он действительно был тем еще ублюдком — это правда, а детали… неважны.
— Значит, ты не умирал в руинах Соулна от рук Гончих?