— Ну давай.
— Ты… что ты сам о себе думаешь? Ужасные слухи об ужасном монстре — они правдивы?
— Эй, ты повторила ужасный дважды! — по-детски возмутился он. — Это таким образом на мой паршивый характер намекаешь?
— Вот о паршивом характере ты сам вспомнил, — подло поймала его на слове она.
— Эх… да, приятным типом меня не назвать, — быстро сдался Реннет, стерев с лица шутливую улыбку. — Если будет надобность, я ведь и тебя убить могу. Принципы у меня конечно имеются, но цепляюсь за них не очень крепко. Еще бываю дерзок, мстителен, упрям… и пожалуй могу занудствовать…
— В итоге, слухи ни в чем не соврали, — сделал вывод Саолфлер, не дожидаясь, пока он перечислит все свои недостатки.
— Перестань так быстро записывать людей в монстры, дура! — огрызнулся он. — В качестве наказания, будешь искать ответ на следующий вопрос. Почему все честные, добрые и справедливые люди этого мира продолжают проигрывать мне ужасному? Считай, это твое следующее задание. И не забудь над поведением своим подумать!
Выполнять такое сумасбродное задание девушке не хотелось, однако ее мнения тут никто и не спрашивал.
Не смотря на продемонстрированные сарказм и едкость, Реннет отдавал себе отчет в том, насколько сильно та или иная черта характера повлияла на его судьбу. Человек, который вежлив со всеми, ни на что не обозлен и старается всех поддержать — это луч света в темном мире. Так думают другие. Но всегда получается так, что кто-то вымещает злость и боль на таком вот светлом человеке.
С некоторых пор ренегат начал более спокойно относится к таким, казалось бы, постоянным материям, как свет или тьма. По крайней мере, он перестал мучить себя мыслями, что вся его жизнь — это сплошная тьма, от которой не сбежать и не скрыться. Реннет внимательней начал приглядываться к себе и другим, стараясь найти не только плохое.
Миру на самом деле плевать, злой ты или добрый, ненависть в тебе живет или любовь. Да и остальным людям, честно говоря, тоже. Они будут смотреть на тебя сквозь призму собственных ошибок, чувств, впечатлений и принципов. И образ тебя, созданный в их головах, все равно будет сильно отличаться от того, кем ты являешься на самом деле. Это нормально, в порядке вещей. Ведь человеку и не нужно, чтобы все вокруг знали настоящего его. Достаточно, если будут знать те несколько избранных, кому он сможет довериться.
Хотя взгляды парня на некоторые вещи изменились, осталось то, в чем он еще больше укрепился. Например, те же любовь и дружба.
Реннет был готов презирать всех, кто привык называть дружбой любое знакомство. И конечно же, совместные ночи в таверне за кружкой пива — это тоже не имеет никакого отношения к дружбе. Из-за всего такого может показаться, что ему вовсе не знакомы подобного рода чувства. Но то заблуждение.
Он ценил чувства столь высоко, что зачастую отвергал любые их мелкие проявления. Для него дружба — как степень любви. У парня были те, кого он по-настоящему любил, а с некоторых пор и те, кого он считал друзьями. За них он был готов хоть целый мир уничтожить.
Потому наверное произошедшее с Валент глубоко потрясло его душу. Пускай… пускай она уже не считала его своим товарищем, своим другом, парень твердо вознамерился выдернуть ее из тьмы.
Однако прямо сейчас… Катарина, Ладан и Тишина ждали помощи. Нет, на самом деле Реннет не был уверен в своем могуществе. Не был уверен в том, что сможет за столь короткий срок отыскать тсарнов и вернуться. Зато он знал, что перешагнет через собственный предел ради них.
Разумеется, реальность не так добра. И Реннет все еще сомневался. Невозможно измениться за несколько дней или даже недель. Однако сейчас не существовало ничего, способное остановить его путь к переменам.
«Клянусь, перерою все здешние леса. А если надо, то и задумку Саол с увеличением масштаба чутья использую. Но этих тсарнов найду!»
Так как еды у них при себе не было, пришлось довольствоваться фруктами и ягодами, благо сейчас стояла осень. И сам ренегат, и его ученица, в охоте смыслили не так много, чтобы каждый день питаться свежей дичью. Да и местная живность знакомой не выглядела. В итоге, они все дальше углублялись в заповедные леса дьюраров.
Спустя двое суток после того как Реннет и Саолфлер покинули город Гэст, блуждания привели их к странным деревьям с серо-зелеными листьями. Вот тогда-то и парень оживился.
— Быть не может! Бесцветный Сад! — воскликнул он, задрав голову и разглядывая странные крючковатые деревья. На первый взгляд, обычные дубы и осины, просто выглядящие так, будто их тщательно присыпали пеплом.
— Опять мифы дьюраров? — поинтересовалась подуставшая Саолфлер.
— О нет, совсем нет! — мотнул головой тот. — Это легенда из легенд. Роща, которая появляется и исчезает. А может, просто цвета уходят из деревьев. Не суть важно. Гораздо важнее то, что видели Бесцветный Сад не только в Диких Лесах. И на Севере, и даже в Стигнии и Венгаре есть похожие предания. Говорят, они якобы олицетворяют проход за Пределы.
А вот тут уже было чему тревожиться. Девушка схватила парня за капюшон плаща и резко дернула назад, не позволяя заходить под сень бледных ветвей.
— Кончай уже молоть всякую чушь. Это просто лес с деревьями необычной расцветки. Таких везде полно. И всюду людям мерещиться противоестественное…
Закончить отчитывать парня она не успела. Так как увидела их — существ всех форм и размеров, какие только способно создать человеческое воображение. Чудовища, одновременно страшные и нелепые.
— С выводами ты поторопилась, похоже, — шепнул Реннет сразу после того как его воротник освободили.
Бежать уже было поздно, да и глупо. Магические существа окружали их со всех сторон, молча, в абсолютной тишине. Это наводило на определенные мысли.
— Ого! Да их контролируют! — озвучил эту самую мысль Реннет.
— Контролируют? Кто?