– Что я должна сделать?
– Сказать мне всю правду.
– Мистер Холмс?!
– Нет, нет, леди Брэкенстолл, это бесполезно. Вы, возможно, слышали когда-нибудь мое имя. Так вот, ставлю на карту свое имя и свою репутацию, что ваш рассказ – от первого слова до последнего – вымысел.
– Какая наглость! – воскликнула Тереза. – Вы хотите сказать, что моя госпожа солгала?
Холмс встал со стула.
– Итак, вам нечего мне сказать?
– Я все сказала.
– Подумайте еще раз, леди Брэкенстолл. Не лучше ли искренне рассказать все?
Сомнение изобразилось на ее прекрасном лице. И в ту же секунду оно снова стало непроницаемо, как маска.
Видно, леди Брэкенстолл приняла какое-то решение.
– Я больше ничего не знаю.
– Очень жаль. – Холмс пожал плечами и взял шляпу.
Не сказав больше ни слова, мы оба вышли из комнаты и покинули дом.
В парке был пруд. Мой друг направился к нему. Пруд весь замерз. Но в нем была полынья, оставленная для зимовавшего здесь одинокого лебедя.
Холмс взглянул на полынью, и мы пошли к сторожке привратника. Там Холмс написал короткую записку для
Стэнли Хопкинса и оставил ее у привратника.
– Попали мы в цель или промахнулись, но Хопкинс должен это знать. Иначе что он подумает о нашем повторном визите? – сказал Холмс. – Но во все подробности его еще рано посвящать. Теперь нашим местом действия будет пароходная контора линии Аделаида – Саутгемптон, которая находится, если память не изменяет мне, в конце
Пэлл-Мэлл. Есть еще и вторая линия, связывающая Южную Австралию с Англией, но начнем сперва с более крупной.
Визитная карточка Холмса, посланная управляющему конторой, оказала магическое действие. Очень скоро
Холмс имел все интересующие его сведения.
В июне 1895 года только одно судно этой фирмы, «Рок оф Гибралтар», прибыло в отечественный порт. Это было самое большое и лучшее их судно. В списке пассажиров значилось имя мисс Фрейзер из Аделаиды и ее горничной.
Сейчас этот пароход был на пути в Австралию, где-то к югу от Суэцкого канала. Команда та же, что и в 1895 году, за одним исключением. Старший помощник, мистер Джек
Кроукер, назначен капитаном на судно «Бас Рок», которое выходит из Саутгемптона через два дня. Кроукер живет в
Сайденхэме, но сегодня утром должен прийти за инструкциями. Его можно подождать.
Нет, мистер Холмс не хочет его видеть, но был бы рад взглянуть на его послужной список и узнать, что он за человек. Это была поистине блестящая карьера. Во всем флоте не было офицера, которого можно было бы сравнить с капитаном Кроукером. Что до его личных качеств, то на работе он исполнителен и точен, но вне службы иногда проявляется его необузданная, горячая натура. Человек вспыльчивый, даже безрассудный, но при всем том очень добр, честен и верен долгу.
Вот что узнал Холмс в пароходной конторе линии
Аделаида – Саутгемптон.
Оттуда мы отправились в Скотланд-Ярд. Но, подъехав к полицейскому управлению, Холмс не вышел из кэба, а продолжал сидеть, нахмурив брови и глубоко задумавшись. Очнувшись от размышлений, он приказал ехать на телеграф в Черинг-кросс; там отправил какую-то телеграмму. И только тогда мы вернулись на Бейкер-стрит.
– Нет, я не мог этого сделать, Уотсон, – сказал мне