Шмидркал осмотрел его, несколько разочарованный.
Во всяком случае, не таким он представлял себе лицо человека, скрывающего тайну. Оно было каким-то незаконченным, невыразительным, с мелкими чертами, словно его делали наспех.
– Вот я вас и поймал, – сказал Шмидркал и сел в кровати. – Что вы принесли на этот раз?
– Великолепные шахматы, – неуверенно сказал пришелец, и выражение его лица вдруг стало намного приветливее. – Вам они понравятся, фигурки сделаны из слоновой кости, каждая – самостоятельное произведение искусства. Это венецианская работа, обратите внимание на ладьи – это же кампанильи с хрустальными колокольчиками.
Они звенят каждый раз, когда вы трогаете фигурку. Слышите? Я вам даже завидую...
Он поднес к уху белую ладью. Колокольчик тоненько прозвенел, будто звук доносился издалека.
– Зачем мне шахматы, если я не умею в них играть? –
неуверенно спросил Шмидркал, слегка ошеломленный ответом, и потрогал ладью. – Она действительно звенит, но какой в этом смысл?
Пришелец не ответил, и весь как бы сжался. Казалось, он не знает, что сказать. Шмидркал понял, что поймал паука за ножку.
– Ну так как же, – спросил он, – зачем вы пришли? Зажгите-ка свой волшебный фонарь! Для чего вы приносите гербарии, скрипки, коллекции марок, редкие книги н шахматы тем, кто всего этого не собирает?
– О, у меня есть еще столько прекрасных и полезных вещей...
– Я спрашиваю, почему вы их приносите по ночам, когда люди спят? Что у вас на уме, когда вы преподносите все эти подарки?
– Если б я только знал, – сказал пришелец и грустно посмотрел на психиатра.
Шмидркал торжествовал.
– Хорошо, тогда я вам скажу! – воскликнул он так, что гость вздрогнул.
– Я знаю, что виноват, делайте со мной что хотите, –
сказал он сокрушенно.
– Вы нарушаете спокойствие. .
– Да, я занимаюсь недозволенными делами. Но как мне быть, как бороться с собой, когда наступает ночь, и я остаюсь один на один со своими вещами?
– Они вам мешают, но вам их жалко, вы не хотите их уничтожать и нашли способ избавиться от них – подсунуть своим ближним. Верно?
– Нет, не верно. Они мне совсем не мешают. Я их очень люблю, и мне очень не хочется с ними расставаться.
Я каждый раз говорю себе: «Хватит! Больше никому ничего не дам!»
– Так в чем же дело? Вам хочется оригинальничать, удивлять людей?
– Нет!
– Значит, вы просто вводите их во искушение, подсовываете им вещи, словно червю-древоточцу – кору или листья...
– Да нет, какие там листья! Это сильнее меня!
– Что сильнее вас?
– Ночь! Всюду такая тишина-тьма дразнит, нашептывает, влечет рождается смелость, появляется желание совершить что-то таинственное. И когда это чувство меня охватывает. .
– Какое чувство?
– Не знаю. Глаза спят, губы спят, всюду – мертвые вещи, но, стоит возникнуть звуку, чуть более сильному, чем удары сердца, как все сразу же просыпается! Поэтому движешься незаметно, словно часовая стрелка. .