– А это город?
– Город.
Лицо незнакомца расцвело.
– А это город… это город… о котором святой Иоанн
Евангелист…
– Да! Да! – Микша не хотел продолжать разговор, потому что машина уже вышла на окружной путь и сигнальная лампочка показывала, что начинается посадка.
Под ними распростерлось огромное здание с блестящим посадочным эллипсом на крыше.
Незнакомец в каком-то радостном возбуждении принялся нараспев декламировать:
– «И вознес меня на великую и высокую гору и показал мне великий город, святой Иерусалим. Он имеет славу божию; светило его подобно драгоценнейшему камню, как бы камню яспису кристалловидному; он имеет большую и высокую стену, имеет двенадцать ворот, и на них двенадцать ангелов; стена его построена из ясписа, а город был чистое золото, подобен чистому стеклу, а двенадцать ворот
– двенадцать жемчужин; каждые ворота были из одной жемчужины; храма же я не видел в нем, ибо Господь Бог
Вседержитель – храм его…»
II
– Стеф!
Он очнулся. Пред ним стояла Кама Дарецкая, уже в плаще, готовая идти.
– Кажется, я заснул… – неуверенно пробормотал
Микша и оглянулся. Сколько сейчас?
– Около часа.
– Невероятно! – удивился он. – Стало быть, я спал почти четыре часа?
Девушка улыбнулась.
– Ты ждешь меня?
– Да. Я здорово устал. Просто не знаю, как уснул.
– Мог хотя бы сказать, что ждешь. Если б я тебя не заметила…
– …то я спал бы в этом кресле до утра, – докончил он, вставая.
Они вышли на улицу. Ночь была холодной. Улица, днем и вечером кипевшая жизнью, сейчас, во время четырехчасового периода ночного отдыха, была почти совершенно пуста. Погасли разноцветные огни, только стены домов, излучающие зеленоватый свет, казалось, имитировали предвечерний сумрак.
Они спустились с главного тротуара на бульвар. Тут было еще темней: аллея тенистых тополей, бегущая по краю бульвара, отгораживала его от огней города. Только в черном зеркале Одры отражались освещенные желтоватым светом нижние этажи высотных зданий на противоположном берегу.
Несколько минут шли молча. Кама заговорила первой:
– Ну, отыскался твой метеорит?
– Нет. Как в воду канул. Ни следа… Словно его вообще не было.
– Он мог испариться…
– Нет, не мог. Замеры, сделанные перед самым падением, когда он был на высоте около трехсот метров, показали, что метеорит имел диаметр около трех метров. Гигант. Разве что замеры были ошибочными…