– Никаких доказательств, что вы летали, нет! – продолжала она. – Галлюцинации иногда могут казаться реальнее самой действительности.
– Да, но у меня никогда не было галлюцинаций. У
здорового человека не бывает галлюцинаций. Почему у меня вдруг ни с того ни с сего начнутся галлюцинации?
– Вы ошибаетесь! – ответила она. – Вы же знаете, что
Доротея – девушка не совсем обыкновенная. Раз она способна читать мысли, то почему бы ей не обладать силой внушения?
Я был поражен, такая мысль не приходила мне в голову.
– Вы считаете, что она меня загипнотизировала?
– Ну, не совсем так. Но что-то в этом роде.
Да, конечно, разве может быть иначе? У меня точно камень с души свалился.
– Вы исключаете возможность полета?
– Не исключаю, – мягко ответила она. – Хотя он представляется мне маловероятным.
– Не исключаете? – почти закричал я.
Мне почудилось, что в ее глазах мелькнула досада. А
может, едва уловимое презрение.
– Чего вы от меня хотите? Я могу утверждать то, что мне известно и понятно. Вы вполне нормальный человек, и вам ничто не грозит. Разве вам этого не достаточно?
Да, этого мне было недостаточно. Я продолжал смотреть на нее с недоумением.
– Товарищ Юрукова, вы знаете, что такое гравитация?
– Нет, не знаю! – ответила она сердито. – Даже физики не знают.
– Дело не в определении… А в сути. Вы, вероятно, слышали, какая огромная энергия нужна для того, чтобы вывести ракету на орбиту?
– А вы считаете, что человечество знает все о так называемой энергии?
– Я вас не понимаю.
Юрукова нахмурилась.
– Товарищ Манев, научно доказано, что есть энергия, присущая только живой материи, – сказала она. – И ее нельзя объяснить никакими известными нам законами физики.
Эта женщина была, по всей вероятности, не в своем уме. Или ничего не смыслила в своей профессии. Неужели так трудно было заглянуть мне в душу? И просто-напросто успокоить меня. Я не хотел допускать, что я летал – это представлялось мне абсурдным и страшным. Тысячу раз я предпочел бы быть загипнотизированным.
– Вы не должны пугаться этой мысли! – продолжала она. – Не ради установления истины. Но ради вашего душевного здоровья. Я не убеждаю вас в том, что вы летали…
это действительно невероятно. Но это не так уж глупо или страшно, как вы полагаете. Мы все еще не знаем ни всех возможностей человеческого сознания, ни того, к чему может привести развитие мыслящей материи.
– Человек не может летать! – произнес я упавшим голосом. – Это не дано людям. Это безумие.
– Товарищ Манев! Зачем вы прикидываетесь дураком?
– неожиданно рассердилась она. – Попытайтесь мыслить немного более современно. Это не мистика, не безумие!
Это – наука!